Вопросы культуры: кофе и идентичность в Starbucks Japan

Пабло Фигероа [Об авторе]

[30.03.2017] Читать на другом языке : ENGLISH | ESPAÑOL | العربية |

В своей остроумной статье «Имя на моей кофейной чашке», опубликованной в New Yorker, Саид Сайрафизаде описывает, как при заказе кофе в американской сети Starbucks его имя постоянно пишут неправильно – «Зал», «Саул», «Саги», «Ши». Да, в Соединенных Штатах сотрудники Starbucks пишут на кофейной чашке ваше имя. Я никогда над этим не задумывался. Каждый раз, когда я приходил Starbucks в Сиэттле или Лос-Анджелесе, мое имя «Пабло» было написано на чашке правильно. Однако, в соответствии с правилами японского этикета, клиентов в Starbucks вызывают не по имени, а по составу их заказа. В Японии вы будете «большим латте» или «фраппуччино».

И это логично. Давайте представим, что бариста начнет писать на чашке японские имена, например, Танака или Судзуки (а точнее, фамилии, так как в быту к японцам обращаются по фамилии). В очереди может оказаться любое количество клиентов с такими фамилиями, что приведет к путанице. Кроме того, вопрос личного пространства достаточно деликатный. Большинству людей вряд ли бы понравилось обнародование их фамилий. Из-за культурных различий вызов клиентов по фамилии вряд ли был бы хорошо воспринят на Японских островах.

Возможно, дело в том, что японцы слишком строго относятся к социальным нормам, однако Япония не одинока в своем неприятии чрезмерной фамильярности. В статье, появившейся на портале BBC News в 2012 году под названием «А вы скажете Starbucks свое имя?», утверждается, что британцам тоже вряд ли понравится излишне фамильярный тон обращения в кофейне. Они просто хотят получить свой напиток, и Starbucks для них – не клуб для общения по интересам.

Трудности с именами

Каковы бы ни были истинные причины, но в японском Starbucks к вам будут обращаться нейтрально, вызывая по названию заказанного вами напитка, а не по имени. Для иностранцев это, возможно, только во благо. Японцы достаточно часто неправильно слышат иностранные имена. Обычно слова иностранного происхождения в Японии транслитерируют, используя слоговый алфавит, известный как катакана. Иностранные слова преобразовывают в знакомые японцам звуки, а неяпонские звуки подвергаются «японизации». Эта практика уже давно стала источником многочисленных абсурдных анекдотов, на которых вряд ли стоит останавливаться. Достаточно сказать, что некоторые иностранные имена собственные поддаются достаточно точной транслитерации, в то время как другие оказываются безнадежно искалечены.

Попытка добиться от японского баристы использования американского стиля написания имени приводит к дружескому приветствию, и искажению имени – «Табуро» вместо «Пабло»

За много лет лишь в одной ситуации мне приходилось постоянно говорить, как меня зовут. Каждый раз, когда я приносил пленку в проявку, сотрудник фотоателье спрашивал мое имя и номер телефона. В моем случае, несмотря на то, что испанское имя Пабло достаточно легко транслитерируется с помощью катаканы как Пабуро, я обнаружил, что сотрудники чаще всего его просто не понимали. Почему так, остается загадкой до сих пор. Дело не в том, что я произносил его неправильно – я абсолютно точно знаю, что произношу свое имя по-японски без малейшего акцента. Скорее, дело в удивительном таланте некоторых людей искажать его.

Я очень хорошо помню один конкретный случай, когда сотрудник крупного фотоателье в токийском районе Синдзюку спросил мое имя, когда я принес на проявку катушку с пленкой. «Пабуро», – сказал я, уверенно произнеся звуки, из которых состоит японская версия моего имени.

«Пабэло?» – переспросил он с некоторым замешательством.
«Па-бу-ро», – терпеливо повторил я.

«Пабаро?» – раздалось в ответ. Я подумал, что, возможно, просто неправильно артикулирую слоги, и повторил, на этот раз очень тщательно выговаривая все звуки: Пa. Бу. Ро.

«Бабро?? А, я понял, Бабэло!» – со смехом воскликнул сотрудник фотоателье и захлопал в ладоши.

Способы избежать путаницы

Когда-то меня это раздражало. Я испробовал различные стратегии, чтобы избежать неприятных случаев непонимания. Порой я говорил, что мое имя Питер или Джон. Порой сообщал, что меня зовут Танака, что приводило к еще большим недоразумениям, так как в Японии никто не поверит, что у человека с европейской внешностью может быть японское имя. Однако, несмотря на то, что эти уловки срабатывали, я ощущал дискомфорт, называясь именем, которое мне не принадлежало. И я начал просто записывать свое имя катаканой, что оказалось весьма эффективным. Я также обнаружил, что людям проще понять имя «Пабло», если ассоциировать его со знаменитостью – «Пабло, как Пабло Пикассо». Преимуществом такого подхода стал дополнительный «богемный» нюанс в восприятии моей личности, что мне безумно понравилось.

Сейчас я уже не слишком беспокоюсь о том, поймут ли мое имя правильно, и это хорошо. Редко в каких учреждениях спрашивают имя. И даже если это необходимо, например, при заказе какого-нибудь товара, обычно заполняется специальная форма, в которой сотрудники могут прочесть имя. Поэтому проблемы нет.

В любом случае, я остаюсь регулярным посетителем Starbucks и в большинстве случаев всё проходит гладко. Не могу представить, чтобы в ближайшее время в Японии прижилась практика писать имена на чашках Starbucks. Но кто знает? С развитием туризма многие районы Токио становятся всё более интернациональными, причем настолько, что в Starbucks на Синдзюку можно запросто встретить за стойкой приема заказов сотрудника-иностранца. Не так давно это было просто немыслимо. Возможно, однажды настанет день, когда можно будет размещать заказы в Starbucks с помощью смартфонов, оплачивать их электронными средствами и забирать напиток на экспресс-стойке без необходимости общаться с сотрудниками. Если это когда-нибудь произойдет, вместо имен, возможно, будет удобнее использовать цифры.

Но на сегодняшний день в Starbucks меня вполне устраивает простое человеческое общение в японском стиле. Зовите меня просто – «большое латте».

Фотография к заголовку: Рёсукэ Сэкидо

(Статья на английском языке опубликована 25 июня 2017 г.)

  • [30.03.2017]

Антрополог культуры и доцент Центра международного образования при Университете Васэда. Интересуется современными проблемами японского общества и политикума, включая организацию управления, природные и техногенные катастрофы, а также вопросы просчитывания риска. В настоящее время, после аварии на атомной электростанции в Фукусиме, его исследования сконцентрированы на вопросах оповещения о рисках, культурных представлениях и организации управления здравоохранением.

Статьи по теме
Другие колонки

Популярные статьи

Колонки Все статьи

Видео в фокусе

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости