Человек, который спас Японию. Дело жизни, борьба и смерть экс-директора АЭС «Фукусима-1»

Кадота Рюсё [Об авторе]

[08.01.2014] Читать на другом языке : ENGLISH | 日本語 | 简体字 | 繁體字 | FRANÇAIS | ESPAÑOL | العربية |

Ёсида Масао, ныне покойный, был директором АЭС "Фукусима-1". Именно под его руководством принимались экстренные меры во время аварии на атомной станции. Автор статьи – писатель-документалист, встречавшийся со многими участниками тех событий, – несколько часов беседовал с господином Ёсида. В этой статье он заново переосмысляет роль Ёсиды Масао в борьбе с последствиями катастрофы.

“Я благодарю вас за всё, что вы для нас сделали!”

Прижав руку к сердцу, я прошептал эти слова в тот день, когда узнал о смерти экс-директора АЭС “Фукусима-1″ Ёсиды Масао. Друг покойного сообщил мне, что смерть наступила 9 июля 2013 года в 11 часов 32 минуты. 

Каждую минуту своей жизни Ёсида-сан был профессиональным энергетиком-атомщиком, именно поэтому он и сумел предотвратить чудовищную атомную аварию, последствия которой были бы в десять раз более тяжёлыми, чем последствия аварии на Чернобыльской АЭС. Он в прямом смысле – человек, который спас Японию. Будучи жителем Токио, я благодарен Ёсиде Масао от всего сердца!

Уберёг страну от “гибельной бездны”, но “пал в бою”

7 февраля 2012 года Ёсида Масао перенёс операцию по удалению рака пищевода. Казалось, здоровье его восстанавливается, но 26 июля произошло кровоизлияние в мозг. Срочно были проведены две трепанации черепа и операция по установке катетера.

Однако метастазы уже проникли в печень и в лёгкие. Затем обнаружилась опухоль в бедре, а новообразование в печени всё увеличивалось… Узнав об этом, я приготовился к худшему. Грустный день был уже не за горами. 

Ёсида Масао вёл титаническую борьбу – он бился с вышедшим из под контроля реактором, с вмешивающимися в дело чиновниками, с нелепыми требованиями Токийской энергетической компании (ТЕРСО). Речь шла не только о его смерти, но о гибели всей страны – в стрессовой ситуации он не сдал позиций и в результате безвременно “пал в бою” в возрасте 58 лет.

В июле 2012 года, незадолго до того, как он перенес кровоизлияние в мозг, Ёсида Масао дважды встретился со мной и дал мне интервью, которое длилось в общей сложности четыре с половиной часа. Этого интервью я добивался всеми правдами и неправдами в течение года и трёх месяцев!

В нашу первую встречу я поразился тому, как изменился Ёсида-сан; болезнь  истощила его, он был не похож на подтянутого, высокого – 184 сантиметра – человека, знакомого мне по репортажам в средствах массовой информации. Несмотря на это, со свойственными ему прямотой и чувством юмора Ёсида-сан во время беседы коснулся очень многих тем.

Он подробно описал героизм своих подчинённых, раз за разом отправлявшихся в заражённую зону для того, чтобы поддерживать процесс охлаждения морской водой раскалившегося реактора – ведь это единственное, что могло предотвратить аварию, которая, по словам моего собеседника, повлекла бы за собой катастрофу, в десять раз превосходящую по последствиям аварию на чернобыльском реакторе. 

Непрерывная подача морской воды для охлаждения реактора вопреки приказу чиновников и начальства Токийской энергетической компании

Как только возникла аварийная ситуация, Ёсида Масао вызвал пожарную службу Сил Самообороны Японии и взял на себя управление процессом создания линии бесперебойной подачи морской воды для охлаждения реактора, а также контроль за экстренным отводом паровоздушных, в том числе радиоактивных, смесей через открытый клапан защитной оболочки реактора. Отвод паровоздушных смесей – непростая, смертельно опасная задача. Затянутые в огнеупорные костюмы люди в кислородных масках, с баллонами за плечами знали, что в конечном итоге идут на смерть.

Эти люди – подчинённые Ёсиды – рассказывали мне, что Ёсида-сан служил для них личным примером. Вот свидетельства некоторых из них: “Я думал, что пока Ёсида-сан с нами, мне смерть не страшна!”, “Если бы не наш директор Ёсида-сан, мы бы не смогли предотвратить катастрофу”… Если бы они не доверяли безоговорочно своему начальнику, если бы у них промелькнула хоть тень сомнения, разве пошли бы они по его приказу на верную смерть, в заражённую зону, к раскалённому реактору?

Каждому вернувшемуся с задания Ёсида-сан пожимал руку и с благодарностью говорил: “Молодец, отличная работа! Спасибо!”

Во время телеконференций Ёсида-сан, не уступая начальству ТЕРСО, отстаивал в споре свою позицию, и это ещё больше сплачивало его подчинённых. Он весь – в том ответе, который услышал от него Итиро Такэкуро – представитель по связям ТЕРСО с администрацией премьер-министра. 

Такэкуро Итиро , принимая сторону чиновников, потребовал прекратить охлаждение реактора морской водой: “В правительстве раздражены! Немедленно прекратите подачу воды на реактор!” Ответом на это были слова Ёсиды: “Что за бред? Прекращать подачу нельзя!”

Но отказываясь подчиниться высокопоставленному коллеге, Ёсида Масао понимал, что за этим последует официальный приказ от руководства компании. Вместе с бригадиром они заранее разработали план действий. “Скорее всего, они спустят мне сейчас приказ остановить подачу морской воды. Во время телеконференции я скажу тебе не подавать больше воду на реактор. Но ты меня не слушай, понял? Продолжайте делать то, что вы сейчас делайте! Не останавливайтесь!” Так и решили. Очень скоро, как Ёсида-сан и предполагал, из головного офиса ТЕРСО пришло распоряжение прекратить подачу воды. Но благодаря его предусмотрительности охлаждение реактора морской водой продолжалось беспрерывно.

Среди множества экспертов ТЕРСО по атомной энергетике один лишь Ёсида-сан помнил об истинной миссии и предназначении энергетика-атомщика.

«Фукусима 69» – борьба до последнего

Ёсида-сан рассказал мне о том, как ранним утром 15 марта 2011 года, когда давление в реакторе №2 начало повышаться и авария на вверенном ему предприятии вошла в самую критическую фазу, у него перед глазами одно за другим стали всплывать лица тех, кто, по его словам, “был готов умереть вместе со мной”.

В тот момент он находился в аварийном командном пункте на втором этаже сейсмостойкого здания. Попытался было встать со стула, но не удержался на ногах и  опустился на пол. Склонил голову, закрыл глаза. Со стороны могло показаться, что он медитирует или погрузился в воспоминания…

“Мне было ясно, что кроме охлаждения морской водой никакой другой альтернативы для  охлаждения реактора у нас нет. Мне надо было решить, кто будет заливать воду. То есть мне надо было выбрать тех, кто готов умереть вместе со мной. “Этот, наверно, будет готов… и этот, и этот…” Я сидел на полу, и их лица всплывали у меня перед глазами одно за другим. Самым первым, о ком я подумал, был бригадир – мой ровесник, завотделом по безопасности и восстановлению станции. Он пришёл работать в ТЕРСО сразу после школы, и мы с ним много всего вместе пережили. Этот-то точно согласится, подумал я о нем с самого начала… Когда мне пришлось решать вопрос жизни и смерти, то как-то само собой я подумал о человеке, с которым был знаком уже много времени, с юности.”

“Мысль о том, что люди, которых я знаю столько лет, могут погибнуть из-за моего приказа, была невыносима. Но я знал, что надежда у нас есть только в одном случае – если мы будем продолжать подачу воды. У меня не было выбора. Мне надо было подготовить их к худшему сценарию. Я сидел там и не мог перестать думать об этом… “

Это было непростое, героическое решение. 69 человек – те, кого в последствии средства массовой информации на Западе окрестили Fukushima 50 – остались вместе с Ёсидой Масао на реакторе для решающей битвы. Они были готовы бороться до последнего, лишь бы предотвратить катастрофу. Их готовность пожертвовать собой, их нежелание потерпеть неудачу – это то, что предотвратило разрушительное несчастье, которое бы уничтожило Фукусиму и опустошило треть Японии.

Стихийное бедствие, прервавшее подготовку по защите от цунами

После смерти Ёсиды Масао во многих СМИ, выступающих против атомной энергетики, журналисты нападали на него, обвиняя в том, что он сыграл отрицательную роль, препятствуя мерам по укреплению станции против цунами. Я был поражён этими нападками, потому что в действительности дело обстояло с точностью до наоборот.

В апреле 2007 года, сразу после вступления в должность начальника отдела управлением атомными ресурсами, Ёсида-сан начал детально изучать тему цунами.

Комиссия оценки вероятности цунами Японского общества инженеров гражданского строительства предоставила отчёт, в котором говорилось о том, что источника сейсмоволн у берегов Фукусимы не обнаружено, и вероятность возникновения цунами может не приниматься во внимание. Именно поэтому Управление по ликвидации последствий стихийных бедствий (возглавляемое премьер-министром) не внесло Фукусиму в план работы, сочтя возникновение там цунами при сейсмической активности крайне маловероятным. Несмотря на это, по указанию Ёсиды его подчинённые произвели гипотетические подсчёты, пытаясь определить максимальную высоту волны у берегов Фукусимы при мощности подземных толчков, идентичных землетрясению Мэйдзи Санрику, которое произошло в 1896 году и унесло около 22 тысяч жизней. Когда оказалось, что результат подсчётов равен 15,7 метра, Ёсида-сан послал официальный запрос  в Комиссию по оценке вероятности цунами с требованием  проверить повторно наличие источника сейсмоволн и произвести переоценку опасности возникновения цунами у берегов Фукусимы.

Кроме того Ёсида-сан провёл исследование по цунами Дзёган, датированному 869 годом. Детальное изучение характера осадочных отложений позволило рассчитать высоту волны: она равнялась 4 метрам.

Но построить волноотбойную стенку не так легко, как может показаться. Если цунами действительно подойдёт к берегу и ударится о гигантскую загородку, то, разбившись, волна пойдёт в стороны, а это в свою очередь может нанести большой ущерб близлежащим населённым пунктам. Кроме того волноотбойная стенка влияет также и на морскую экосистему и на рыболовный промысел – поэтому очень важно, чтобы проект получил высокую экологическую оценку.  

Ёсида-сан не только не препятствовал мерам по укреплению станции против цунами, но наоборот – активно способствовал им. Так, например, он общался с местными органами самоуправления, пытаясь найти законные основания и убедить своих оппонентов в необходимости принятия таких мер. 

Но, увы, в это время ничем не предвещаемое и никем, даже исследовательскими институтами, не предвиденное, произошло сильнейшее землетрясение, по мощности в 358 раз превышающее землетрясение Хансин в Западной Японии и в 45 раз великое землетрясение Канто. Директор “Фукусимы-1″ Ёсида Масао, невзирая на опасность для жизни, положил все силы на борьбу с аварией.

Под руководством Ёсиды Масао, вдохновлённые его личным примером, работники АЭС раз за разом шли на задание в заражённую зону и сумели предотвратить чудовищную катастрофу. Благодаря Ёсиде Масао, оказавшемуся именно там, где он должен был быть, и именно тогда, когда это было необходимо, Япония была спасена.

(Оригинальная публикация на японском: 14 августа 2013 года)

Верхнее фото: Ёсида Масао (в центре), в то время директор АЭС “Фукусима-1″, отвечает на вопросы журналистов из аварийного командного пункта на втором этаже сейсмостойкого строения. 12 ноября 2011 г. Фото предоставлено Yomiuri Shimbun и Aflo

  • [08.01.2014]

Родился в 1958 г. Выпускник университета Тюо. По окончании университета начал работать репортёром редакторского отдела еженедельника "Сюкан Синтёся". В 2008 ушёл из редакции и стал независимым журналистом и писателем. Автор книг "Человек, заглянувший в бездну смерти – Ёсида Масао и 500 дней «Фукусимы-1»", "Тихоокеанский театр военных действий – последнее свидетельство: войны – книга в трёх частях" и др.

Статьи по теме
Последние статьи

Популярные статьи

Хроники Все статьи

Видео в фокусе

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости