В деталях Япония и Южная Корея: страны, обречённые на взаимное недоверие?
Стратегический треугольник США— Япония — Южная Корея: возникающие угрозы и перспективы сотрудничества

Кент Колдер [Об авторе]

[24.03.2014] Читать на другом языке : ENGLISH | 日本語 | 简体字 | 繁體字 | FRANÇAIS | ESPAÑOL |

События последних двух десятилетий осложнили трёхстороннее сотрудничество Соединенных Штатов с их партнерами из Северо-Восточной Азии— Японией и Южной Кореей. Вашингтону необходимо содействовать формированию важных инициативных предложений для улучшения трехсторонних отношений.

Два основных альянса

Северо-Восточная Азия в какой-то момент оказалась одним из наиболее динамичных и опасных мест планеты. Её основные экономики – Японии, Китая и Республики Корея – увеличили в совокупности общий показатель внутреннего валового продукта более чем в 130 раз за последние 50 лет, удвоив его лишь за последние 10 лет. Военные силы упомянутых стран насчитывают более трёх миллионов человек на регулярной службе, не считая значительных группировок передового развертывания США и сил резерва, насчитывающих свыше 11 миллионов военнослужащих. Помимо США в регионе сосредоточены ещё три ядерные державы (Россия, Китай и Северная Корея) и две страны, имеющие потенциал стать ядерными (Япония и Южная Корея). Быстро растут и возможности основных стран для проецирования военной мощи, включая ракетные силы.

С начала 1950-х годов США поддерживали в Северо-Восточной Азии важные двусторонние союзнические связи, как с Японией, так и с Южной Кореей, оформив их в виде ряда основных договоров взаимной безопасности. Функциональные роли двух давних союзников Соединенных Штатов в общей структуре национальной безопасности Тихоокеанского региона исторически несколько отличаются: Южная Корея участвовала в прямой конфронтации с Северной Кореей, чьи войска пересекли зону перемирия в районе 38-й параллели, статус которой не был подтверждён официально мирным договором. Сдерживающая роль сухопутных и воздушных сил США к югу от демилитаризованной зоны была ключевой для сохранения мира с северокорейским режимом, который, несмотря на слабеющие экономические возможности, остаётся ощутимо агрессивным, свидетельством чему является потопление южнокорейского военного судна, морского корвета “Чхонан”, и недавний артиллерийский обстрел принадлежащего Южной Корее острова Ёнпхёндо.

В Японии, напротив, вооружённые силы США постоянно выполняли менее заметную, однако жизненно важную функцию стратегического резерва. С начала 1970-х в Японии пребывает единственная авианосная ударная группа США, находящаяся за границей, а также одна из трёх заграничных экспедиционных дивизий морской пехоты США постоянного базирования. Во время основных вооруженных операций от “Лисы пустыни” (1998) до “Бури в пустыне” (1991) и катастроф в мирное время от Суматры (2004) до Сэндая (2011), военные силы США, базирующиеся в Японии, сыграли важнейшую роль в сохранении безопасности, не говоря о функции защиты Японии в окружающей страну нестабильной политической среде.

Расхождения в основных задачах национальной безопасности

Полвека назад вызов коллективной безопасности Японии, Южной Кореи и США был относительно прямолинейным и концентрировался вокруг необходимости воспрепятствовать Северной Корее повторить Корейский конфликт 1950-1953 гг. И хотя сложности исторических процессов в Северо-Восточной Азии в XX веке продолжают отзываться горечью в отношениях между Кореей и Японией, а различия в политических системах осложняют сотрудничество, обе эти нации оказались перед лицом непосредственной и, в целом, общей для обеих стран угрозы со стороны Северной Кореи, позволившей им образовать тихий “фактический союз”, координируемый Соединенными Штатами. Однако за последние 20 лет три события стали причиной опредёленного расхождения союзников в вопросах государственной безопасности, из-за чего поддержание трёхстороннего сотрудничества стало одновременно более важным и более трудным как для США, так и для их партнёров по обеспечению безопасности в Северо-Восточной Азии.

Одним из этих событий стал стремительный подъём Китая и его растущая вовлечённость в события на Корейском полуострове. До 1992 года между Сеулом и Пекином не было дипломатических связей, а двусторонняя торговля между странами сводилась к минимуму. Сегодня, напротив, Китай является крупнейшим торговым партнёром Южной Кореи, импортируя 25% корейских товаров, при том, что США, второй крупнейший торговый партнёр, импортирует всего 10% товаров. Китай также является, фактически, единственным благожелателем Северной Кореи, где китайские компании играют роль основных посредников в политико-экономических связях Северной Кореи с остальным миром, включая даже Южную Корею. Растущая политическая, экономическая и военная мощь Китая, а также серьезная вовлеченность в корейские вопросы, включая как северную, так и южную часть полуострова, становится важным косвенным ограничивающим фактором для трёхсторонних связей между США, Японией и Южной Кореей, несмотря на то, что эти ограничения касаются в основном политико-экономической сферы, а не непосредственно вопросов безопасности.

Вторым важным событием для треугольника безопасности США — Япония — Южная Корея стали трансформационные процессы в самой Северной Корее. Экономически Север становится всё слабее, и оттягивает свой крах исключительно с помощью крайне репрессивного политического режима. Несмотря на экономическую слабость, военные технологии Пхеньяна становятся всё совершеннее, и де-факто Северная Корея является ядерной державой с серьёзным потенциалом для проецирования военной мощи за пределы своих границ. По мере усовершенствования ракет “Тэпходон”, Север становится серьезной угрозой для Японии, при том, что слабеющая северокорейская экономика отзывается всё большими проблемами для Южной Кореи. Внезапный крах Северной Кореи может привести к резкому объединению или, как минимум, необходимости широкомасштабной помощи со стороны Юга собратьям по северную сторону демилитаризованной зоны. Принимая во внимание природу будущих северокорейских проблем, взгляды на ситуацию и побудительные причины к действию у Южной Кореи и Японии, таким образом, будут различаться.

Третьим важным изменением в регионе Северо-Восточной Азии стали экономические связи между Японией и Южной Кореей. С начала 2013 года скорость преобразования экономических взаимоотношений между этими двумя странами значительно возросла. Япония и Корея являются непосредственными конкурентами во многих важных секторах экономики, особенно в области индустрии потребительских товаров длительного пользования, таких как автомобили и электроника. Две первые стрелы Абэномики (монетарная и фискальная экспансия) начали оживлять японскую экономику, одновременно подавляя перспективы Кореи, особенно посредством непрямого механизма изменения валютного курса. По мере того как йена становилась дешевле по отношению к доллару и другим основным валютам, что было результатом внутренне-ориентированной монетарной экспансии Токио, экспортные операции, основанные на южнокорейских вонах, стали неконкурентоспособными на третьих рынках, увеличив раздражение Сеула.

Три основных инициативы

По мере усиления Китая и роста угрозы безопасности со стороны Северной Кореи, стабильность японо-корейских отношений и трёхсторонние связи сотрудничества между Японией, Южной Кореей и США оказываются однозначно важны для Вашингтона. Такое трёхстороннее сотрудничество, несмотря на все политические разногласия, представляет стратегический интерес для партнеров США по безопасности в Северо-Восточной Азии. Для улучшения трёхсторонних связей в срочном порядке потребуются три ведущих инициативы.

В первую очередь, Соединенные Штаты должны максимально поддерживать расширяющееся вовлечение, как Японии, так и Южной Кореи в масштабные многосторонние мероприятия по обеспечению безопасности, особенно в военно-морской сфере, организация которых имеет место во время трёхсторонних переговоров по безопасности, которые проводятся ежегодно с 2008 года. Трёхсторонние учения по отработке проведения поисково-спасательных операций, которые в последний раз проводились в октябре 2013 года, должны быть продолжены и усилены. Параллельное участие Японии и Кореи должно быть распространено и на другие мероприятия, особенно те, где задействуется военно-морской и военно-воздушный контингент, в случае необходимости – совместно с американскими базами в Японии. Многосторонние учения с большим количеством участников, такие как RIMPAC (учения стран Азиатско-Тихоокеанского региона), также могут использоваться в качестве контекста для создания доверительной атмосферы и партнёрских отношений между Кореей и Японией.

Во-вторых, необходимо разрабатывать дополнительные сферы сотрудничества между Японией и Кореей в области содействия развитию зарубежных стран. За последние 50 лет Япония предоставила свыше 1/3 всех ОПР (официальная помощь развитию), полученных участниками Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН), и продолжает выступать в роли одного из ведущих доноров для четырёх участников АСЕАН – Камбоджи, Лаоса, Мьянмы и Вьетнама – продолжающих получать значительную поддержку. Помощь со стороны Кореи в Юго-Восточной Азии также существенна, поэтому тщательно подобранные, неконкурирующие проекты по оказанию помощи могут улучшить взаимное сотрудничество как на многосторонней, та и на двусторонней основе. Бюджетные секторы, такие как инфраструктура, где риск велик, а выгода распространяется среди большого количества частных компаний, могут быть прекрасной точкой старта.

Наконец, необходимо активно поддерживать трехсторонний диалог между США, Японией и Южной Кореей в области обороны. Приоритетные области могут включать ПВО, особенно в том, что касается угрозы со стороны Северной Кореи, и безопасность на море. Диалог в области обороны должен дополняться трёхсторонними обсуждениями по соответствующим дипломатическим вопросам, особенно в том, что касается Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии, а также Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей. Свобода мореплавания и противостояние произвольным и внезапным объявлениям новых опознавательных зон ПВО также являются вопросами, по которым у трёх стран существует общая озабоченность и меры воздействия.

Исторические события, конечно, продолжают бросать тень на треугольник США — Япония — Корея, особенно на его японско-корейскую сторону. Вопрос нуждается в активном решении, чтобы нейтрализовать возможные негативные последствия, которые могут стать помехой трёхстороннему сотрудничеству. Тем не менее, это не означает необходимости какого-либо официального посредничества со стороны США, так как такое вовлечение может поставить Вашингтон под угрозу мощного перекрёстного давления со стороны Токио и Сеула, что лишь причинит вред одному или обоим важным двусторонним альянсам в регионе Северо-Восточной Азии. Принимая во внимание вышесказанное, спокойная официальная поддержка Вашингтона в области усиления японско-корейских связей, в сочетании с инициативами “запасной дорожки” (гражданской дипломатией), включающими привлечение опытных бывших политиков из США, может оказаться крайне полезной, особенно в сочетании с инициативами “запасной дорожки” третьих сторон, представленных дружественными союзными нациями, такими как Канада, Германия и Австралия, или, возможно, участниками АСЕАН. Учитывая хрупкость нынешних японско-корейских экономических отношений, провокационные выпады, основанные на исторических событиях, как в Японии, так и в Корее, могут особенно навредить и должны быть исключены.

Подводя итоги, Япония, Корея и Соединенные Штаты объединены важными вопросами безопасности, которые становятся более острыми с ростом мощи Китая и продолжающейся нестабильностью в Северной Корее. Союзники Америки в Северо-Восточной Азии действительно имеют все более разнящиеся мотивы для принятия мер в области безопасности, особенно в том, что касается природы и интенсивности угрозы со стороны Северной Кореи. По мере роста возможностей проецирования военной мощи Пхеньяна, они становятся проблемой и для США. У Вашингтона есть все причины настаивать на расширенном трёхстороннем сотрудничестве, причем время для вынесения этих вопросов на повестку дня уже наступило.

(Оригинал на английском языке написан 4 декабря 2013 года. Заглавное фото: Секретарь Госбезопасности США Чак Хэйгел с Министром обороны Японии Онодера Ицунори (слева) и Министром обороны Южной Кореи Ким Гван Джином (справа) перед началом трёхсторонней встречи в Сингапуре 1 июня 2013 года. [Wong Maye-E/AP Photo/Aflo])

  • [24.03.2014]

Руководитель Центра Рейшауэра восточноазиатских исследований и руководитель Программы японистики при Университете Джонса Хопкинса. Сразу после получения степени доктора философии в области государственного управления в Гарвардском университете начал преподавать в Принстоне, помимо других должностей занимал пост руководителя кафедры японистики в Центре стратегических и международных исследований. Также был специальным советником посла США в Японии. Среди его недавних публикаций «Тихоокеанский Альянс: оживление отношений между США и Японией» (Pacific Alliance: Reviving U.S.-Japan Relations, 2009) и «Новый континентализм: энергетика и евразийская геополитика в XXI веке» (The New Continentalism: Energy and Twenty-First Century Eurasian Geopolitics, 2012).

Статьи по теме
Другие статьи по теме
  • В чем настоящая причина трудностей налаживания отношений Японии и Южной Кореи?За семилетний промежуток между первым и вторым приходом к власти правительств во главе с Абэ Синдзо произошли существенные перемены в обстановке вокруг Южной Кореи, что оказало своё влияние на позицию, занимаемую этой страной по отношению к Японии. Один из авторитетных исследователей южнокорейской политики Кимура Кан рассматривает обстоятельства, на фоне которых правительство Пак Кын Хе проводит жёсткую линию в отношениях с Токио.

Популярные статьи

В деталях Все статьи

Видео в фокусе

Последние серии

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости