В деталях Университеты Японии: время перемен
Кузница кадров: проблемы японских вузов

Судзуки Кан (Хироси) [Об авторе]

[04.03.2016] Читать на другом языке : ENGLISH | 日本語 | 简体字 | 繁體字 | FRANÇAIS | ESPAÑOL | العربية |

Невозможность трудоустройства докторов наук, неудачная политика развития юридического постдипломного образования – это лишь верхушка айсберга проблем японского высшего образования. В настоящий момент университеты заняты реформами, связанными с глобализацией. Взгляд на ситуацию в высшем образовании от эксперта Министерства образования Японии.

Новая система – новые препятствия для повышения уровня знаний 15-летнего поколения?

Прежде всего хочу обратить внимание на следующую особенность проектов японского Министерства образования, культуры, спорта, науки и технологий. Если комплекс мер представляет собой внутреннюю инициативу, для реализации которой достаточно усилий самого Министерства, Комитета образования и школ на местах, с высокой долей вероятности можно предсказать его успешность, однако открытая реформа по внедрению новых систем на основе межотраслевого участия и внешних кадров нередко сопровождается беспорядком. Слишком часто новые образовательные программы начинали реализовываться без предварительного планирования и рассмотрения таких жизненно важных элементов, как количество подпадающих под их действие учащихся, ожидаемые результаты, а также целевые показатели для последующей оценки уровня успешности нововведений.

В качестве положительного примера автономной реформы Министерства образования можно привести проект повышения уровня образованности 15-летней молодёжи. В 2012 году Япония смогла выйти на первое место среди 34 стран в проводимой каждые 3 года ОЭСР Международной программе по оценке образовательных достижений учащихся (PISA). Японские школьники превзошли другие развитые страны, включая Финляндию, не только по уровню математических знаний, но и по начитанности. Во всех начальных школах Японии в обязательном порядке выделяется время для утреннего чтения книг, и количество учащихся младших классов, не читающих ни одной книги в месяц, сократилось до 3,8%. Среднее число прочитываемых за месяц книг достигло 11. Это действительно великолепные результаты.

Наоборот, недавние попытки способствовать становлению человеческих ресурсов мирового уровня через реструктуризацию юридического образования и аспирантуры являются типичными примерами политических ошибок, которыми страдают открытые реформы Министерства образования.

Истоки «проблемы постдока» и подготовки юристов

В качестве примера неудачной открытой реформы следует назвать проблему юридического образования и постдокторских программ. В начале XXI века правительство Японии решило принять меры в связи с низким, по сравнению с другими странами, количеством сертифицированных юристов. Принятое кабинетом министров решение об увеличении численности юристов не встретило понимания у Федерации ассоциаций адвокатов. Несмотря на это, правительство настойчиво продолжало внедрять свой курс, выдавая направо и налево разрешения на открытие юридических факультетов и закрывая глаза на их несоответствие высоким образовательным стандартам под предлогом «в конкуренции выживет сильнейший». В результате выпускники-юристы оказываются недостаточно подготовленными.

Второй пример – увеличение численности выпускников со степенью Ph. D., или так называемая «проблема постдока». Само по себе стремление к расширению постдипломного образования нельзя назвать неразумным. Во всём мире растёт число профессий, для которых необходима степень доктора наук, однако в Японии в условиях ограниченного финансирования количество мест для молодых исследователей в университетах и лабораториях не увеличивается, предприятия частного сектора не знают, каким образом в полной мере задействовать обладателей степени Ph. D., а сами доктора наук открывать собственный бизнес не стремятся. Сочетание всех этих факторов и породило «проблему постдока», то есть отсутствие возможностей у докторов наук заниматься работой, обеспечивающей надлежащее применение их высокого потенциала.

При запуске новых программ будущие перспективы, как правило, привлекают множество обученной способной молодёжи, однако последующая невозможность трудоустройства неизбежно влечёт разочарование и разбивает все мечты. Закономерным образом новые программы перестают быть привлекательными, происходит отток лучших кадров. Когда наконец-то в обществе формируется ниша для приёма заявленных новых специалистов, на запрос откликаются только оставшиеся студенты недостаточно высокого уровня, и теперь наступает очередь общества для разочарований. Подобный замкнутый круг уже погубил множество начинаний.

Система распределения бюджетных средств и средства массовой информации также вносят свою лепту в провал начинаний в образовательной сфере. В первый год внедрения любой программы на неё выделяется определённая сумма из бюджета, однако на следующий год предпочтение отдаётся «свежим» новичкам, а бюджет предшественников сокращается. Иными словами, программы оказываются брошены на произвол судьбы на начальном этапе в условиях отсутствия достаточного финансирования. Это стимулирует тенденцию начинать программы без должной подготовки. Для решения проблемы желательно выделять средства на новые программы не на один год, а в виде фонда на 5 лет, однако данный сценарий не встречает понимания у Министерства финансов.

Приоритет естественных наук и технологии: плюсы и минусы

Приоритетное финансирование естественных наук и технологии в послевоенный период вывело Японию на мировой уровень по показателю соотношения преподавательского состава к числу студентов в государственных университетах, а система исследовательских классов (кэнкюсицу), обеспечивающая подготовку молодых специалистов с помощью старших коллег, способствовала воспитанию высокопрофессиональных кадров в данной сфере.

С приходом XXI века в Японии появилось множество лауреатов Нобелевской премии, многие из которых в своё время закончили провинциальные публичные университеты. Это тоже плоды крупномасштабного финансирования образовательной и исследовательской системы в сфере естественных наук и технологий, начатого в Японии десятилетия назад.

По числу цитирований опубликованных научных работ физики Токийского университета занимают третье место в мире, химики Киотского университета – четвёртое место, университет Осака находится на четвёртом месте по иммунологии, университет Тохоку – на пятом по материаловедению. Однако смогут ли эти вузы удерживать за собой высокие позиции? После окончания магистратуры перспективные кадры предпочитают трудоустраиваться на предприятия, и уровень продолжающих обучение в докторантуре не превышает 9,9%. В отличие от других стран, Япония уже в течение 15 лет не наращивает бюджетные ассигнования для данной сферы, и количество мест для молодых специалистов в университетах и государственных НИИ не увеличивается.

Для решения данной проблемы необходимо диверсифицировать содержание обучения в докторантуре, делая акцент не только на развитии исследовательских навыков, но и навыков глобальной коммуникации, управления проектными разработками, а также решения существующих в обществе проблем. Такая подготовка позволит задействовать докторов наук на предприятиях частного сектора, создаст базу для открытия собственного бизнеса, а также поможет японским обладателям степени Ph. D. участвовать на международном рынке кадров, включая университеты, исследовательские учреждения и предприятия развивающихся стран. В 33 вузах страны уже внедрены 62 программы подготовки лидеров в рамках постдипломного образования, на которых проходит обучение 3300 студентов. Весной 2017 года японское общество встретит первых выпускников данной программы.

Проблемы гуманитарного образования

Ещё более богатый спектр проблем таится в гуманитарном образовании. По сравнению с западными странами, объёмы финансирования всего высшего образования в Японии крайне невелики. Объём отчислений на высшее образование в Японии не превышает 1,5% ВВП, в то время как в США этот показатель достигает 2,6%. Приоритетность естественных наук и техники в условиях изначально низкого финансирования привела к тому, что в течение нескольких десятилетий гуманитарному образованию в вузах отводилась роль падчерицы.

Вплоть до второй половины 90-х годов слабая подготовка гуманитариев компенсировалась за счет общепринятой на японских предприятиях системы кадровой подготовки 20-летней молодёжи, включавшую персональный инструктаж на рабочем месте. Однако после краха мыльного пузыря японской экономики, повлёкшего за собой волну сокращений, предприятия лишились возможности выделять ресурсы на обучение молодёжи. В то же время была внедрена реформа системы приёма на временную работу аутсорсинговых сотрудников, вызвавшая увеличение численности внештатных работников в компаниях. Стремление вкладывать средства в подготовку внештатных сотрудников у предприятий, разумеется, отсутствовало.

После резкого сокращения инвестиций на обучение молодых кадров на предприятиях кривая уровня подготовки японской молодёжи стремительно пошла вниз, а надежды и требования к вузовскому гуманитарному образованию – соответственно, усилились. Однако пребывающее в финансовом кризисе в условиях отсутствия политического лидерства японское государство так и не смогло добиться понимания налогоплательщиков для обеспечения надлежащего финансирования обучения молодёжи.

Метод проб и ошибок в реформе высшего гуманитарного образования

Промышленные круги ещё не пришли к единому мнению о том, что именно следует требовать от вузов, а какие элементы подготовки молодых кадров взять на себя. Например, было внесено предложение разделить университеты на глобальные и локальные, и в локальных вузах делать акцент на подготовку к практической деятельности. С другой стороны, в сентябре 2015 года Японская федерация бизнеса опубликовала «Мнение о реформе государственных университетов», в котором указала, что «промышленные круги нуждаются не в кадрах, способных моментально приносить пользу, а в людях, овладевших на этапе обязательного образования базовой физической подготовкой, основами этики и морали, широким спектром общеобразовательных знаний, способностью к поиску и решению проблем, навыками коммуникации на иностранном языке, способностью логично излагать собственные мысли и мнения, а также освоивших специализированные знания в университетах и школах постдипломного образования и способных понимать социокультурные особенности разных стран благодаря опыту разнообразной практической деятельности, включая обучение за границей».

Министерство образования Японии ведёт активное обсуждение реформы по обеспечению преемственности между школами и вузами и в августе 2015 года опубликовало документ, свидетельствующий о необходимости внедрения так называемого «активного обучения», направленного на развитие способностей к поиску и решению задач, а также улучшению качественных и количественных показателей преподавателей школ старшей ступени. Также министерство сообщило о реформе университетских вступительных экзаменов, отличающихся гипертрофированной оценкой теоретических знаний и навыков, проводимой, к тому же, на основе выбора из нескольких готовых ответов. Новая система отдаёт предпочтение так называемым свободным заданиям, позволяющим оценить способность к мышлению, суждению и выражению своих мыслей. В сентябре 2015 года также было согласовано мнение о необходимости увеличения до 30% квоты приёма студентов по решению приёмной комиссии и по рекомендации в государственных университетах для более полной оценки деятельности абитуриентов в период учёбы в старшей школе.

Методы обучения в вузах тоже ждут перемен – необходимо внедрение проектного метода обучения (PBL), обеспечивающего получение навыков решения проблем в реальном обществе. Необходимая для этого реформа образовательной программы уже запущена.

Проблема кадрового обеспечения: время не ждёт

Неотъемлемым условием реализации амбициозных реформ в образовательной сфере является наличие кадров, способных к конкретизации содержания данной реформы на местах. В заброшенной в течение многих лет сфере гуманитарных наук это означает прежде всего улучшение соотношения числа преподавателей к количеству студентов. Для этого необходимо увеличить бюджетные ассигнования и пожертвования частного сектора, а также повысить плату за обучение. Однако укоренившееся на протяжении многих лет в японском обществе представление о том, что университет – это некий «райский уголок», предоставляющий студентам возможность отдохнуть после напряжённой учёбы в старшей школе перед началом трудовой деятельности, отнюдь не способствует принятию положительного решения об увеличении финансирования для гуманитариев компетентными лицами.

Гуманитарные вузы оказываются в положении изгоев при выборе кандидатур для пожертвований японскими компаниями, лучшие выпускники школ, преподаватели и исследователи также пренебрегают японскими гуманитарными университетами, делая свой выбор в пользу американских.

Однако плата за обучение в известных американских частных вузах в 10 раз выше стоимости обучения в гуманитарных университетах Японии. Тарифы на обучение для японских студентов в публичных вузах Великобритании и США, а также в таких странах, как Австралия, выше, чем для граждан этих стран, а при распределении стипендий предпочтение отдаётся местному населению. Таким образом, доступ к качественному гуманитарному образованию в других странах имеют либо богатые, либо очень способные выпускники японских школ. Разве это не является убедительным аргументом в пользу необходимости сохранения общедоступного качественного университетского образования в Японии? Данная тема требует широкого освещения в средствах массовой информации.

Стратегический менеджмент в образовательной сфере

Чтобы добиться понимания компетентных лиц для получения финансового содействия, у вузов и Министерства образования есть единственный путь – демонстрация успешных примеров из практики. Для этого необходим стратегический подход в управлении университетами. Министерство образования уже предложило концепцию SGU (супер-глобального университета), концепцию университетов со «специальным исследовательским» статусом, а также усиление полномочий ректоров вузов путём пересмотра Закона о школьном образовании. Все эти меры позволяют надеяться на развитие индивидуальности вузов.

Однако возникает вопрос: способны ли университеты, подобно предприятиям, внедрять стратегию выбора собственных сильных сторон с целью последующей концентрации управленческих ресурсов? И адекватна ли данная стратегия для высших учебных заведений? Кто и как возьмёт на себя бремя этой реформы? Чтобы получить ответы на данные вопросы, необходимо проведение серьёзной дискуссии с участием компетентных представителей общества. А сами вузы должны не надеяться на организацию подобной дискуссии силами правительства, а самостоятельно определять предмет обсуждения, вести просветительскую деятельность среди населения и инициировать серьёзные дискуссии.

Даже в случае наличия определённой стратегии действий найти способные на реализацию реформы специализированные кадры, обеспечить их подготовку, надлежащее применение, оценку и последующую оплату в условиях существующих вузов будет не так-то просто. Необходимо также в срочном порядке заняться упорядочением теоретической базы, выявив сходства и отличия управления вузами с менеджментом предприятий и правительства.

В 1980-е годы американские вузы тоже были поставлены перед лицом неотвратимой коренной реформы модели управления в связи со значительным сокращением бюджетных ассигнований на оборону и энергетику. В это же время была запущена программа подготовки профессионалов вузовского менеджмента с их последующим трудоустройством. Перед Японией стоит неотложная задача – выделить полезные для себя элементы из американского опыта, разработать новую модель управления японских вузов и детальный план её реализации. Судя по всему, «родовые муки» будут сопровождать появление на свет новой системы ещё в течение некоторого времени.

Фотография к заголовку: церемония выпуска 3160 студентов из Токийского университета в марте 2015 года. Кампус Хонго Токийского университета (Токио, р-н Бункё). Фото Jiji Press

(Статья на японском языке опубликована 18 января 2016 г.)

  • [04.03.2016]

Профессор Токийского университета и университета Кэйо, помощник Министра образования, культуры, спорта, науки и технологий. Родился в 1964 году. После окончания юридического факультета Токийского университета работал в Министерстве торговли и промышленности, занимал пост доцента в университете Кэйо. В 2001 году впервые избран депутатом Палаты советников от Демократической партии в Токийском избирательном округе. В течение 12-летней работы депутатом Парламента отслужил 2 срока на посту заместителя Министра образования. В ноябре 2013 г. вышел из Демократической партии. В 2014 г. одновременно стал профессором Токийского университета и университета Кэйо, в октябре занял также пост советника в Министерстве образования. С февраля 2015 г. – помощник Министра образования. Директор Футбольной ассоциации Японии.

Статьи по теме
Другие статьи по теме
  • Вступительные экзамены по истории как зеркало проблем японских вузовОбразовательная система Японии пытается сделать новый шаг – от механического запоминания больших объёмов информации к воспитанию людей, способных к самостоятельному овладению знаниями. Серьёзные перемены ожидаются и в сфере вузовских вступительных экзаменов. Автор резко критикует существующую методику изучения истории в старших классах и систему приёмных экзаменов в вузы, указывая на её печальные последствия, и подчёркивает необходимость образовательной реформы, нацеленной на развитие навыков мышления и речи.
  • Глобальные университетские рейтинги: есть ли поводы для волнений у японских вузов?Кабинет Абэ провозгласил национальную стратегию на вхождение 10 японских вузов в первую сотню лучших университетов мира в течение ближайших 10 лет. Стоит ли использовать в качестве государственных ориентиров эти цифровые показатели? Ведь по мнению компетентного специалиста, «место в рейтинге – это отнюдь не повод для волнений и беспокойства».

Популярные статьи

В деталях Все статьи

Видео в фокусе

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости