Новые видео- и аудиозаписи «атомного мэра»: «С тех пор, как появилось такое оружие, воевать вновь недопустимо»

Общество

Хамаи Синдзо: «атомный мэр», отдавший силы послевоенному восстановлению

Мужчина замахивается клюшкой по мячу для гольфа в саду собственного дома… На этих кадрах не разглядеть его лица.

Но другие записи позволили с уверенностью установить его личность.

На этих кадрах он в костюме, второй справа. Человек, отдавший все силы послевоенному восстановлению, и вместе с любовью горожан снискавший прозвище «атомный мэр». Его имя – Хамаи Синдзо.

Фотоснимок 1958 года был сделан у памятника жертвам бомбардировки, предположительно, в один день с видеоматериалом

В августе 1945 года Хамаи служил в городской администрации, возглавляя отдел, который занимался снабжением продовольствием – его должность называлась «начальник Отдела распределения». Его рассказ свидетеля атомной бомбардировки начинается с описания событий в Хиросиме 5 августа.

(Фрагмент аудиозаписи, голос бывшего мэра города Хиросима Хамаи Синдзо)
Пятое августа было для нас необычайно зловещей датой. И все из-за листовок, которые сбрасывала вражеская авиация. Где-то за неделю поползли слухи о том, что в них было предупреждение: «5 августа привезем Хиросиме знатный гостинец, ждите и предвкушайте». Поэтому были настроены, что 5 августа – опасный день, и нужно быть начеку.

(Отрывок из аудиозаписи, голос Хамаи Синдзо)
И вот где-то в девять вечера объявили воздушную тревогу. «Летят», – сказали мы, снарядились и собрались в штабе ПВО. А через какое-то время предупреждение отменили.

После этого, в полночь, воздушную тревогу сыграли вновь, и Хамаи направился в городской штаб ПВО. Затем, в два часа утра, отменили и это предупреждение.

(Голос Хамаи Синдзо)
Бегать туда-сюда из дома в мэрию и обратно было утомительно, да и далековато. Я решил поспать в здании администрации, но сколько ни ворочался на диванчике, из-за донимавших комаров так и не смог заснуть.

Когда Хамаи понял, что там ему не уснуть до утра, он собрался было отправиться поспать к родственникам в Энокимати, что в районе Нака, откуда добираться до мэрии было ближе, чем из собственного дома, но решил, что будить их посреди ночи неудобно, и вернулся домой.

Расстояние от эпицентра взрыва: дом родственников в 1 км от мэрии, дом Хамаи в 4 км

Ослепительная вспышка и разнесшая дом ударная волна

(Голос Хамаи Синдзо)
Примерно в восемь часов (утра) невестка, которая развешивала во дворе белье, громко крикнула: «Бэшка (самолет B-29) что-то сбросила!» Я подскочил с постели и только собрался надевать костюм, когда это произошло. По глазам резанула ослепительно яркая вспышка, я пригнулся, пытаясь укрыться, и тут накатила шквалом ударная волна, которая разнесла в щепки весь дом.

Сразу после взрыва Хамаи поспешил в мэрию.

(Голос Хамаи Синдзо)
Когда я добрался до окрестностей моста Хидзияма, навстречу мне лавиной хлынули люди, все они спасались бегством оттуда, куда я направлялся. На них не было лица, они были окровавлены, многие с головы до ног.

(Голос Хамаи Синдзо)
Когда они меня замечали – сыпались вопросы: «В той стороне пожаров нет?», «А врач там есть?» Я пытался отвечать, что пожаров нет и объяснять, где искать врача, но они, не дожидаясь, рвались дальше – убегали, словно кто-то гнался за ними по пятам.

(Голос Хамаи Синдзо)
Глядя на этих людей, я заметил, что у них, как у призраков, руки в каких-то лохмотьях. Присмотревшись, я понял, что это не лохмотья. Они были полностью обожжены, и лохмотьями с рук свисала их собственная кожа. Но они брели, спасались бегством. На мои расспросы все как один твердили: «Бомба упала прямо на мой дом».

Находка аудиозаписи с рассказом о том, как это происходило

Видео- и аудиозаписи были найдены в районе Саки города Хиросима, в доме жены Хамаи, Фумико

(Рассказывает 84-летний старший сын Хамаи Дзюндзо)
Отцовские материалы 70-летней давности обнаружились в прошлом году, когда умерла мама.

В июле 2019 года супруга Хамаи, Фумико, скончалась в возрасте 105 лет, а когда родные стали разбирать ее вещи, им попалась незнакомая коробка. В ней обнаружились черно-белые и цветные кинопленки, а также пленки с аудиозаписями.

Поскольку в объектив попал Детский памятник мира, создание которого завершилось в 1958 году, а в дневниках одного из родственников имеется запись о том, что в сентябре этого года они «ходили вместе с семьей Хамаи в парк мира и там снимались на память», черно-белые и цветные видеоматериалы датировали 1958-м годом. А пленки с голосом Хамаи, по-видимому, являются записью его университетских лекций об атомной бомбардировке, с которыми он выступал с мая 1967 года, уже после того, как оставил пост мэра.

С разрешения Дзюндзо студия телекомпании «Тэрэби син-Хиросима» и другие участники восстановили записи с видео- и аудиопленок. В результате нашлось и упоминание о том, как люди узнали, что сброшенная бомба – оружие совершенно нового типа, атомная бомба.

(Голос Хамаи Синдзо)
Два-три дня спустя я расспросил журналиста газеты. На вопрос о том, откуда он знает, что это атомная бомба, тот ответил, что у них в редакции, вопреки запрету, в подвале держали радиоприемник, способный принимать вещание на коротких волнах. Они узнали об этом из трансляции, посвященной выступлению президента Трумэна, который и сообщил, что на Хиросиму была сброшена атомная бомба. Так люди узнали, что это была атомная бомба.

Почему провели Фестиваль мира

Два года спустя, в 1947 году, Хамаи Синдзо был впервые избран мэром города Хиросима, после чего 6 августа того же года состоялся первый Фестиваль мира, с которого началось проведение Мемориальных церемоний мира. Вот как бывший мэр рассказывает о причинах, побудивших организовать фестиваль.

(Голос Хамаи Синдзо)
Примерно с наступлением 22-го года Сёва (1947 г.) горожане стали наконец выходить из прострации и задаваться вопросом о том, что же делать дальше, так что желание провести фестиваль мира, проводить мемориальную церемонию мира возникло с пробуждением от этой прострации.  Горожане стали говорить о том, что мы должны рассказывать всему миру о пережитом и предпринимать усилия для того, чтобы подобное никогда не повторилось.

(Голос Хамаи Синдзо)
Мы пытались разными способами увещевать, что нужно время, ведь если не подготовить все как следует, то мы рискуем стать посмешищем на весь мир, но горожане и слушать не хотели. Если что-то не получится – ничего, исправим. С таким настроением мы и провели 6 августа 22-го года Сёва первую Мемориальную церемонию мира. Это было искренним желанием тех, кто испытал на себе все, что принес атомный взрыв, и остался жить, осознанием миссии, которую мы должны непременно исполнить. Фестиваль мира стал событием, в котором кристаллизовалась воля выживших горожан.

Парк мира, то самое место...

В третьей декаде июля восстановленные видеозаписи показали старшему сыну Хамаи, Дзюндзо.

(Говорит старший сын Хамаи, Дзюндзо)
Вот здесь с левого края, похоже, я.

ー Это примерно какое время?

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
Должно быть, после моего поступления в университет, примерно в то время. А вот, похоже, младшая сестра. Вот мать, отец, а это, видимо, тоже сестра.

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
Должно быть, где-то 30-й год Сёва (1955 г.), когда я в университет поступил, примерно в то время.

После беседы мы с Дзюндзо посетили Мемориальный парк мира – как раз незадолго до Мемориальной церемонии.

ー Вот примерно те, места, что на видеозаписи.

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
Да, наверное, вот отсюда снимали, да-да-да-да.

Дзюндзо отыскал то самое место.

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
Вот, пожалуй, это здесь, да, здесь. Все-таки поразительно, как выросли деревья.

ー Ощущаете, как бежит время?

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
Да, ощущаю, все эти деревья так вымахали, целых 70 лет прошло, не иначе. Смотришь – и не верится.

Миссия и долг: рассказывать всему миру об ужасе ядерного оружия

Хамаи Синдзо сделал все, чтобы добиться принятия Закона о строительстве мемориального города мира Хиросима, и не пожалел усилия для основания Мемориального парка мира, возрождения Хиросимы и борьбы за мир. Увы, в 1968 году, всего в 62 года, его не стало. Но мы слышим его голос, его тревогу о том, что с развитием науки ядерное оружие становится все более ужасным.

(Голос Хамаи Синдзо)
Мы, кто испытал все это непосредственно на себе, знаем, что с появлением такого оружия воевать вновь – недопустимо. Атомный заряд, использованный в Хиросиме, безусловно, был не самым большим, а поскольку человеческая мысль не останавливается, с ростом производительности и неуклонным развитием науки нам совершенно не дано предсказать, к чему приведет использование этой силы для убийства и разрушения. Вот что мы четко осознали в тот губительный момент.

(Голос Хамаи Синдзо)
То, что это безжалостно, недопустимо с точки зрения гуманности, бесчеловечно, мы осознали сразу же. А когда задумались о будущем, мы столь же болезненно ощутили, что если так называемое наукоемкое оружие продолжит развиваться, то в конечном итоге может наступить момент, когда из-за него человечеству придется покончить с самим собой.

По словам старшего сына, Дзюндзо, он и сейчас ярко помнит то, что говорил отец.

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
В моей памяти до сих пор живы слова отца, обращенные к нам, детям, о том, что мы обязательно возродим Хиросиму из руин и отчаяния, как бы нам ни твердили о том, что здесь и через 75 лет не вырастет ни травинки, ни деревца.

(Сын Хамаи, Дзюндзо)
Поскольку миссия и долг Хиросимы состоят в том, чтобы рассказывать о случившемся всему миру, мы, горожане, каждый из нас, даже те, кому об этом практически ничего не известно, должны хоть как-то, пусть и понемногу, но продолжать исполнять нашу миссию, продолжать об этом рассказывать.

(Материал подготовлен телеканалом «Тэрэби син-Хиросима»)

(Опубликовано 5 августа в FNN Prime Online. С оригиналом можно ознакомиться здесь)

https://www.fnn.jp/

[© Fuji News Network, Inc. All rights reserved.] 

Статьи по теме

Хиросима ядерное оружие FNN News