Очерки Ёсида Сёин и его ученики
Ёсида Сёин и его столетие
[12.04.2016] Читать на другом языке : 日本語 |

В словах и поступках Ёсиды Сёина чувствуется гнетущая атмосфера эпохи. Подробно рассмотрев ситуацию в Японии того времени, можно понять, что такой человек, как он, появился именно тогда не случайно.

В предчувствии бури

После смерти Ёсиды Сёина политическая деятельность его учеников зачастую носила экстремистский характер. Покушения на убийство, диверсии, шантаж, забота в первую очередь о политической выгоде, а не об интересах страны, провокации, направленные на разжигание иррациональной ксенофобии. Этот стиль впоследствии оказал нездоровое влияние на японскую политику. Многие исследователи усматривают причины этого во взглядах Сёина. Особенно усилилась такая критика в годы после Второй мировой войны, когда прямое влияние революции Мэйдзи уже не так ощущалось. Все, в общем-то, так и есть, однако же у любых событий есть своя подоплёка. Здесь мы хотим рассмотреть то время, когда появился Ёсида Сёин.

Когда сами японцы анализируют своё прошлое, то неизбежно дается собственная оценка событий. Здесь же необходим отстранённый взгляд со стороны. Попробуем взглянуть на ситуацию глазами английского дипломата и переводчика Эрнеста Сатоу, приехавшего в Японию в 1862 году и близко видевшего снаружи и изнутри политические изменения, происходившие в конце периода Эдо (1603-1868) и в начале Мэйдзи (1868-1912). Он так рассказывает об этом в своих мемуарах:

«Когда сменилось несколько поколений (после становления сёгуната Токугава), потомки заслуженных военачальников и политиков превратились в бездумных кукол, а кроме того, порочность системы наследования должностей таким же образом сказалась и на потомках определявших политику советников каро. Так в домах всех даймё сложилась та же ситуация, что и в семьях горной Шотландии. Определяющая политическая воля была слаба и зависела от чувств и предпочтений бездумной правящей аристократии.

Политическая власть, управлявшая крупными даймё, стала всего лишь номинальной, а в результате и в домах вассалов относительно деятельные и наделённые умом люди (в большинстве своём самураи, не имевшие титулов и поместий) вершили политические дела вместо даймё и каро, и удивительно, что революция 1868 года произошла именно в такое время. Эти люди в реальности управляли княжествами и определяли политику князей, составляли заявления, с которыми князья должны были выступать в официальных случаях.

В который раз повторюсь те даймё были бесполезными. Политической власти, хотя бы даже в форме современной конституционной монархии, не было, система воспитания была неправильной, а потому уровень знаний был гораздо ниже среднего. Эта странная политическая система могла существовать только потому, что Япония отгородилась от других стран. Когда же на неё подул ветер новой европейской мысли, она рассыпалась в прах, подобно египетской мумии, извлечённой из саркофага» (Эрнест Сатоу «Революция Мэйдзи глазами одного дипломата», пер. Саката Сэйити).

«План укреплений залива Эдо», показывающий оборонительные сооружения, построенные сёгунатом ко второму приезду адмирала Перри в 1854 г. (Государственный архив Японии)

Что же мы здесь видим? По тону изложения текст заметно отличается от описаний периода Эдо и конца сёгуната, сделанных японцами. Ситуация точь в точь напоминает сложившуюся в некоторых странах сегодня. Слово «даймё» можно заменить на «Токугавская система княжеств» или «военные-буси как правящее сословие». Становится понятна тоска, снедавшая Сёина, и та Япония, которая его уничтожила.

Кстати говоря, эта книга, изданная Сатоу в Лондоне в 1921 году, до поражения во Второй мировой войне находилась в списке запрещённой литературы в Японии. В 1938 году Бюро составления материалов о революции Мэйдзи при министерстве образования впервые выпустило сокращённый перевод в виде издания, не предназначенного для продажи. Небольшое количество экземпляров раздали некоторым исследователям, но все места, которые сочли неподходящими для публикации, были удалены.

Закулисная жизнь правящего военного сословия

Рассмотрим ситуацию ещё немного подробнее. Японская феодальная система, заключавшаяся в правлении военных-буси, существовала с некоторыми изменениями с конца XII века и сильно устарела. Токугавская система княжеств представляла собой иерархию даймё и аристократов, на верху которой находился сёгун, но она не была простой пирамидой. По значимости среди глав княжеств выделяли симпан, «родственные княжества», правители которых имели право на наследование титула сёгуна, и гокамон, «великие дома», состоявшие в дальних родственных связях с домом сёгуна, которые изначально выглядели внушительно как самостоятельные политические силы, и в сёгунском правительстве бакуфу за ними были закреплены определённые властные полномочия. В действительности же вершить судьбы страны могли лишь фудай-даймё, которые были вассалами Токугава до установления сёгуната, хотя их владения и были сравнительно невелики, и бюрократы-хатамото, находившиеся в прямом подчинении сёгуна. Даже симпан, родственники, были отстранены от управления страной.

Князья-даймё делали местную политику в пределах своих владений, то есть княжеств. Этим занимались вассалы этих даймё. До этого уровня все принадлежали к воинскому сословию буси. Все они получали должность по наследству, и так формировалось это сословие. К концу правления Токугава больших и малых даймё насчитывалось около 300. Глубоко укоренилась раздробленность политических традиций. При этом сёгун и его правительство свободно могли распоряжаться княжествами, нередко проводились конфискации, упразднения и перемещения княжеств. Таким образом, даймё и военных-буси сложно назвать суверенными правителями.

Императорский двор в Киото, возглавляемый императором, в борьбе с военными властями в XIII веке потерпел поражение и утратил политическую власть, а с установлением в начале XVII века сёгуната Токугава стал полностью номинальным, и фактически жил на иждивении у сёгуната.

Незначительная роль буси в экономической жизни

Реальную власть в экономическом и социальном управлении имели люди, относившиеся не к буси, а к сословию сёмин, «простого народа». В особенности это относится к праву владения землёй в этот период земля была собственностью не князя, а принадлежала людям из этого сословия. Крестьяне были не крепостными, как в Европе, а землевладельцами, которым платили арендную плату за право пользования землёй для земледелия.

То же относилось и к плате за городские земли. Три сотни даймё строили в регионах призамковые города, где накапливался капитал, установились сухопутные и морские пути, оживилась внутренняя торговля, и в период Токугава активно развивались коммерция и финансы. Весь этот сельскохозяйственный и финансовый капитал принадлежал людям из сословия сёмин. При управлении к их мнению нельзя было не прислушиваться, и развивалось местное самоуправление и представительские институты.

Доходы правительства бакуфу и даймё зависели от размеров годового налога, который собирали в основном в виде натурального фиксированного налога с сельскохозяйственных земель, и вассалам выплачивали фиксированное содержание в виде определённого количества риса; такое содержание передавалось по наследству. Само собой разумеется, в условиях быстрого расширения денежной экономики власть стеснённых в постоянных денежных поступлениях бакуфу и даймё сословия буси стала шаткой в масштабах национальной экономики.

Предпринимались отчаянные меры для производства и реализации риса, являвшегося официальным расчётным средством, но рисоводство крайне зависит от климата, и это было причиной частого голода и экономических кризисов. Даже при политике крайней экономии буси проигрывали в условиях денежной экономики. Сословие буси уже не могло существовать независимо от финансистов, принадлежавших к сословию сёмин.

  • [12.04.2016]
Статьи по теме
Другие статьи по теме

Популярные статьи

Очерки Все статьи

Видео в фокусе

Последние серии

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости