Очерки Интервью с параатлетами журнала GO Journal
Цудзи Саэ: за полгода в лёгкой атлетике – к медали
[22.11.2017] Читать на другом языке : 简体字 | 繁體字 | FRANÇAIS | ESPAÑOL | العربية |

Всего через полгода после прихода в лёгкую атлетику она заняла шестое место на чемпионате мира. В 2016 году на Паралимпйских играх в Рио-де-Жанейро она завоевала бронзовую медаль на дистанции 400 метров среди женщин. Её диагноз – врожденное одностороннее недоразвитие верхней конечности, а это означает, что с самого рождения она живет без предлечья и кисти правой руки. Из девочки, всеми силами стремившейся преодолеть свою немощь, выросла легкоатлетка, решительно доказывающая свою силу.

Цудзи Саэ

Цудзи СаэРодилась в 1994 году на Хоккайдо. Японская легкоатлетка, специализируется в спринтерском беге. Страдает врожденным недоразвитием правой руки – у нее полностью отсутствует предплечье и кисть (паралимпийский спортивный класс Т47). В начальной школе начала заниматься гандболом, в старшей школе показывала высокие результаты на Всеяпонском первенстве среди школьных команд и на национальном спортивном фестивале. Во время обучения в Японском университете физической культуры (Ниттайдай) стала членом паралимпийской сборной Японии. В 2015 году заняла шестое место на чемпионате мира. На Олипийских играх 2016 года в Рио-де-Жанейро получила бронзу на дистанции 400 метров. В настоящее время продолжает обучение в Японском университете физической культуры. (фотографии Aflo)

—— Когда вы поняли, что с вашей рукой что-то не так?

Цудзи Саэ: Мне было три года. Мой младший брат родился с обеими руками. Когда я увидела его в первый раз, я в тот же момент все поняла про свою руку. До этого я иногда спрашивала у мамы: «А моя рука вырастет?», и мама отвечала уклончиво: «Может быть, и вырастет, а может быть, и нет». Вот я и надеялась, что буду расти и рука потихоньку тоже вырастет вместе со мной. Но, посмотрев на своего маленького братика, я вдруг поняла, что люди рождаются с уже готовыми руками и ногами.

—— Вы хорошо помните этот момент?

—— Очень отчетливо. Я была в шоке: «Рука не вырастет! Мама меня обманула!» Это стало настоящим потрясением, я ведь так полагалась на мамины слова.

—— Вы не чувствовали себя неполноценной из-за отсутствия руки?

—— Нет, не чувствовала. Я с самого начала бегала быстрее всех и всегда занимала первое место по бегу и в начальной школе, и в старших классах. И в эстафете меня ставили замыкающей, так что отсутствие руки меня не особо расстраивало (смеется). При этом я была не только подвижным, но и довольно ловким ребенком, у меня всегда все получалось. И даже наоборот, я нередко про других детей думала, что вот они чего-то не могут, а я могу.

—— Вы ведь начали играть в гандбол еще в начальной школе, в пятом классе?

—— Когда я училась в четвертом классе, мы переехали в Хакодатэ. Мой новый классный руководитель был консультантом в гандбольном клубе «Каягэ», и все дети в классе занимались гандболом. До этого я ничего не знала о гандболе, но я подумала, что раз все играют, то, наверное, будет здорово играть со всеми вместе – всё равно мне нечего было делать после уроков. Вот так я и начала играть в гандбол.

—— И как вас приняли товарищи по команде?

—— Когда я вступила в клуб, Таката-сэнсэй, который за всё там отвечал, собрал всех и сказал: «У Саэ нет правой руки. Но один мой друг, с которым я учился в университете и у которого, как и у Саэ, не было правой руки, играл в университетской команде по гандболу. И Саэ тоже сможет играть в гандбол». Самое важное в гандболе, независимо от того, имеются ли у тебя физические повреждения, точно пасовать мяч. Таката-сэнсэй нам объяснял: «Что мы можем? Мы можем кинуть мяч так, чтобы товарищу было легче его поймать». И мы все этот момент очень старательно отрабатывали.

—— Сильно ли вам хотелось, чтобы вас воспринимали наравне с остальными, «обычными» детьми?

—— Довольно сильно хотелось, но даже не того, чтобы «воспринимали», а, скорее, раз уж нас всех обучали и тренировали вместе, то мне хотелось, чтобы мне давали делать те же упражнения и в том же объеме, что и всем. Но в глубине души я понимала, что я не обычная, что у меня повреждена рука, да и взрослые со мной частенько разговаривали в стиле «Саэ, а давай-ка попробуем сделать так», «Саэ, а теперь постараемся сделать эдак».

—— Но когда пришла пора поступать в старшую школу, вы поступили в школу Мицукайдо №2 в префектуре Ибараки. Именно на базе этой школы тренируется самая сильная команда по гандболу в Японии среди старших школ.

—— Эта школа не частная, а префектуральная. Поэтому я поступала не по спортивной линии с рекомендациями, а на основании обычного вступительного экзамена. Честно говоря, когда записывалась в гандбольный клуб, я не знала, смогу ли я держать планку, но, конечно, надеялась, что смогу. Ведь это уже старшая школа, там уровень невероятно высокий. К тому же в клубе придерживались традиционного стиля, знаете, когда первогодки стирают спортивную форму старших товарищей по команде и еще много чего делают, напрямую с игрой не связанного. Но на тот момент в команде было мало левшей, поэтому меня уже с первого года взяли в игровой состав и даже несколько раз допустили до соревнований. Как раз незадолго до моего поступления школа одержала несколько побед подряд: на всеяпонском первенстве, на весенних и летних соревнованиях и на национальном спортивном фестивале. Очень сильная была команда, просто легендарная. И когда в клуб меня взяли, я подумала, что вот, оказывается и я тоже кое-что могу. Разумеется, я была далека от совершенства, но даже и так я команде все-таки для чего-то пригодилась.

—— В Японский университет физической культуры вы поступили на отделение гандбола, но потом перешли на легкую атлетику. Расскажите, как получилось, что вы выступили на Паралимпийских играх в качестве легкоатлетки?

—— Я начала заниматься легкой атлетикой в самом конце второго курса. В августе во время летних сборов тренер по гандболу меня спросил: «Вот ты отучишься, и что собираешься делать после четырех лет гандбола?» Я сразу сказала, что я давно уже решила преподавать. А тренер вдруг мне говорит: «А не хочешь попытаться пару медалей заработать? Вот закончишь четыре года, а потом вместо гандбола можно и в другом спорте попробовать свои силы». И в этот момент я вдруг поняла, что он имеет в виду Паралимпийские игры. Я была в шоке.

—— Почему?

—— Ну, в университетском гандбольном клубе я на тот момент уже была игроком основного состава, и до этого всю дорогу тренировалась наравне со всеми, вела совершенно обычную жизнь. И я не поняла, почему вдруг именно сейчас мне предлагают взять и добровольно «записаться» в инвалиды. В то время я представляла себе паралимпийский спорт как спорт для инвалидов – для ущербных и «не таких как все». И реакция у меня было соответствующая: «Так вот, значит, за кого вы меня держите?!» Я же знала, что могу все то же самое, что обычные игроки, и даже больше, чем они.

—— Значит, несмотря на то, что у вас фактически нет правой руки, вы не относили себя к той категории граждан, которую обычно называют «инвалидами».

—— Верно. Совершенно верно. У меня есть физический недостаток, но это не делает меня «инвалидом» в моих собственных глазах. Поэтому я расценила слова тренера, как прямое заявление о том, что я инвалид и должна заниматься «спортом для инвалидов». Мне становилось плохо от мысли, что тренер все это время воспринимал меня именно таким образом. И как я ни старалась отделаться от этого ощущения, у меня не получалось.

—— Ну и как же вам удалось изменить свое отношение? Почему вы все-таки пошли в легкую атлетику?

—— Я ужасно расстроилась, практически впала в депрессию. И я решила посоветоваться с Кобаяси-сэнсэй, у которого занималась в средней школе. «Кроме тебя, – сказал мне он, – больше просто никого нет, кто мог бы перейти сейчас в легкую атлетику. Попробуй, посмотри на что ты способна». После этого я обратилась за советом к своему тренеру из старшей школы. Он ответил: «Бог не даёт человеку испытаний, которые он не в состоянии вынести. Кроме тебя вряд ли кто-нибудь сможет». И я подумала, что если два человека, которым я очень доверяю и которые хорошо меня знают и понимают, ответили мне именно так, то, наверное, так оно и есть. Поэтому я немного успокоилась.

—— То есть ваши учителя вас поддержали?

—— Да. Ну и кроме того, я действительно хочу в будущем преподавать, хочу стать тренером. Вот я и подумала, что тренер, который попробовал себя в нескольких видах спорта и повидал мир, скорее сможет увлечь детей. В общем, после разговора с ними я решилась.

—— Для вас уже давно физический недостаток стал своего рода движущей силой, стимулом не терять присутствия духа…

—— Возьмем, к примеру, соревнования по гандболу. Вот я вижу, что игрок из другой команды смотрит на меня с сомнением, как будто думает: «У нее нет руки, если я в нее попаду, это, наверное, нехорошо». Тогда я прошу у товарищей по команде, чтобы они все мячи передавали мне, и начинаю зарабатывать очки. И когда очков становится много, противнику ничего не остается, как удивиться и меня запомнить. Таким образом, я притягиваю его внимание, и дальше мячи уже летят ко мне, а я передаю их товарищам по команде. Очень не люблю, не умею проигрывать. Настолько, что это становится идеей фикс – в конце концов это очень приятное чувство перевернуть представление другого человека о себе, как бы сказать ему: «Видал, как я могу?!»

—— Гандбол – это командная игра, а легкая атлетика – индивидуальный вид спорта. Что было самым сложным для вас при переходе от одного к другому?

—— Концентрироваться на самой себе. В гандболе игру ведет капитан, и члены команды всегда подстраиваются друг под друга – игра общая, и зачастую ты принимаешь решения, исходя из ситуации с другими игроками: ты оцениваешь их мимику, слова, движения, и только после этого действуешь. А в легкой атлетике – есть только ты, и нужно концентрироваться на себе. Но, к примеру, если прямо перед забегом у кого-то звонит мобильник, я сразу же хочу ему сказать: «У тебя телефон звонит». То есть я довольно часто чувствую, что недостаточно на себе сконцентрирована. Это такая особенность характера – слишком много обращаю внимания на то, что происходит вокруг. Правда, в последнее время, я это лучше стала осознавать.

—— На Олимпиаде в Рио вы показали хороший результат – вернулись в Японию с бронзовой медалью.

—— Ну-у… в Рио в этот раз не очень выгорело. Когда я получала медаль, только успела подумать: «Вот она, долгожданная награда! Ура!», а уже рядом кому-то золотую медаль вручают. Понимаете? То есть я рада бронзе, но есть чувство, что «это всё не то».

—— В некоторых видах спорта рекорды паралимпийцев превосходят олимпийские рекорды. Предполагается, что таких видов спорта будет становиться все больше. Каким вы видите будущее паралимпийского спорта?

—— В этот раз я получила медаль, но мне очень неприятно, когда люди думают: «Она ее получила только потому, что это паралимпиада». Конечно, в легкой атлетике фиксируется время, и разница между олимпийскими и паралимпийскими рекордами очевидна. Но паралимпийцы не сами определяют предел своих возможностей. И было бы здорово, если бы люди просто смогли посмотреть на них и увидеть классных спортсменов. Я все время стремлюсь к тому, чтобы стать одним из таких спортсменов, которые сумеют сократить разрыв между Олимпиадой и Паралимпиадой.

Фотографии: Нинагава Мика
Интервью и текст: Дзосигая Сэнъити
Благодарим за сотрудничество GO Journal

  • [22.11.2017]
Статьи по теме

Популярные статьи

Очерки Все статьи

Видео в фокусе

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости