Очерки Беседы о японском уголовно-процессуальном праве
Полномасштабная «визуализация следствия»: ещё есть время кое-что переосмыслить
Нельзя допустить превращения видеоматериала в фактическое доказательство

Эгава Сёко [Об авторе]

[17.12.2018] Читать на другом языке : 日本語 |

В 2019 году мы наконец вступаем в эпоху полномасштабной «визуализации» следствия. Постепенно набирает силу реализация проведенного в 2016 году крупномасштабного реформирования Закона об уголовно-процессуальных процедурах, предусматривающего в числе прочих такие меры как предоставление списка доказательств, которыми располагает прокуратура, а также введение японской версии сделок с правосудием – освобождение или облегчение меры ответственности по собственному делу в обмен на сотрудничество со следствием и суду по делам других лиц. Закон о внесении поправок в качестве завершающего шага обязывает все следственные органы до июня 2019 года осуществлять аудио- и видеозапись процесса допросов.

Обязательная визуализация распространяется на 2-3% общего числа уголовных дел

Прежде всего, введение визуализации не означает, что она вменяется в отношении всех допросов по всем делам.

Обязательная визуализация ограничивается делами, подлежащими рассмотрению судами с участием общественных судей – убийствами, опасным вождением, повлёкшим смерть, поджогами жилья, похищениями с целью получения выкупа, небрежением обязанностями опекуна, повлёкшим смерть и т. п., а также делами, которые ведутся силами специального следствия прокуратуры. В количественном отношении это порядка 2,3% от общего числа. Если исходить из позиции о том, что предметом визуализации должны стать все допросы, то этого совсем недостаточно. В то же время среди дел, о которых идёт речь, много особенно серьёзных, когда или нанесён крайне тяжёлый ущерб, или подразумевается тяжёлое наказание, либо дело вызвало большой общественный резонанс – так или иначе, но они вызывают у людей большой интерес. Разумеется, такие дела особенно важны и для следственных органов. Во всяком случае, хочется думать, что рамки визуализации, которая началась с таких дел, будут продолжать расширяться.

С точки зрения законодательства визуализация становится обязательной в 2019 году, но фактически по многим делам она уже осуществляется. Согласно материалам Национального полицейского управления, опубликованным в июне 2018 года, из 3197 дел, попадающих под этот порядок, аудио- и видеозапись велась в 96,2% случаев; на каждое из этих дел в среднем приходится 13 сеансов аудио- и видеозаписи общей продолжительностью 24 часа 41 минута. Пять лет назад на одно дело приходилось в среднем лишь 1,6 сеанса записи продолжительностью 44 минуты. Таким образом, и по числу сеансов аудио- и видеозаписи, и по её продолжительности налицо резкое увеличение. При этом более чем по 80% дел ведётся видео- и аудиозапись всего процесса допросов.

О важности процесса, в результате которого следствие получило признание

Смысл так называемой «визуализации» состоит в том, что она создаёт условия, в которых процесс расследования и данные человеком показания могут впоследствии быть проверены, что позволяет избегать необоснованных допросов, а также незаконных сделок с правосудием, а в случае, если имели место нарушения при расследовании – такая наглядность даёт суду возможность на основании видеоматериалов надлежащим образом сделать выводы о добровольности показаний. С точки зрения достижения этой цели нет никакого смысла вести видеозапись только на завершающем этапе следствия, когда все показания уже окончательно сформулированы. В прошлом при фальсификации вины имели место случаи, когда ненадлежащим ведением следствия человека принуждали к ложному «признанию», и уже после того, как это ложное признание было окончательно сформулировано, выполнялась запись, на которой человек давал соответствующие показания. При такой практике ведения записи она скорее станет фактором, порождающим сфальсифицированные обвинения. Важен именно процесс: каким образом велось следствие и какие показания при этом давались.

Раньше полиция была категорически против ведения аудио- и видеозаписи всего следствия. Вероятно, можно утверждать, что то, что эта самая полиция уже стала вести полную аудио- и видеозапись по более чем 80% дел, свидетельствует о том, что внесённые в законодательство поправки приносят весомые результаты.

Но это отнюдь не означает, что в том, как осуществляется визуализация следствия, нет никаких проблем.

  • [17.12.2018]

Журналист. Родилась в Токио в 1958 году. Окончила Факультет политических наук и экономики Университета Васэда. С 1982 по 1987 работала в издательстве газеты «Канагава симбун». Занималась подготовкой материалов о полицейских расследованиях и судебных процессах, планированием серийных публикаций и т. п. В 29 лет стала независимым журналистом. С 1989 года непосредственно занимается сбором материалов, связанных с деятельностью секты Аум Синрикё. Среди публикаций «2 200 дней по следам Аум Синрикё» (Оуму синрикё цуйсэки 2 200-би, Бунгэйсюндзю, 1995), «Убийство отравленным вином в Набари: шестая жертва» (Набари докубудосю сацудзин дзикэн — рокуниммэ но гисэйся, Иванами гэндай бунко, 2011) и другие. В 1995 году за публикации, посвящённые преступлениям, связанным с Аум Синрикё, удостоена Приза Кикути Кана. Входила в состав Совета по реформированию пенитенциарной системы, Совета по изучению вопросов работы прокуратуры. Ведёт личный блог «Эгава Сёко но арэя корэя» («Эгава Сёко обо всём»).

Статьи по теме
Другие статьи по теме

Популярные статьи

Очерки Все статьи

Видео в фокусе

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости