Апатичность молодёжи ставит под угрозу «великое возрождение» Китая: безработные выпускники вузов выбирают «лежачую забастовку»

Безработице среди молодёжи не видно конца

По последним данным Государственного статистического бюро, уровень молодёжной безработицы в Китае в декабре 2025 года составил 16,5%, что говорит о серьёзности проблемы. Стоит отметить, что безработица среди не обучающихся граждан в возрасте от 16 до 24 лет несколько снизилась по сравнению с августом 2025 года, когда она достигла пика в 18,9% (по новой методологии; см. ниже). Однако снижение на несколько процентных пунктов ожидаемо после циклического летнего всплеска найма, вызванного июньским выпуском студентов вузов. Отчёт за декабрь 2025 года показывает незначительный рост по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года, указывая на стабилизацию молодёжной безработицы на тревожно высоком уровне.

В 2018 году, когда правительство начало публиковать данные о безработице с разбивкой по возрастным группам, уровень безработицы среди молодёжи составлял около 10%. Затем показатель возрос из-за пандемии COVID-19 и кризиса на рынке недвижимости, достигнув 21,3% в июне 2023 года. В течение следующих пяти месяцев Государственное статистическое бюро не публиковало данные о молодёжной безработице, объяснив это необходимостью пересмотра методологии. Новая серия не учитывает студентов университетов, ищущих подработку, временную или на неполный рабочий день.

Когда Статистическое управление в декабре 2023 года возобновило отслеживание молодёжной безработицы, показатель резко снизился до 14,9%, главным образом из-за изменения методологии. В последующие два года показатель удерживался в пределах 14-18%. Учитывая, что общий уровень безработицы остаётся стабильным – около 5%, очевидно, что молодёжная безработица по-прежнему представляет серьёзную проблему для Китая, даже если оставить в стороне вопросы о корректности новой методологии.

Дисбаланс между требованиями рынка труда и квалификацией кадров

При анализе высокого уровня молодёжной безработицы в Китае следует учитывать существенное увеличение числа выпускников университетов за последние 25 лет. В 2003 году лишь 17% выпускников средней школы поступали в высшие учебные заведения. К 2023 году, через два десятилетия, уровень поступления в вузы достиг 60%. За пять лет, с 2018 по 2023 год, число выпускников университетов увеличилось с 7,53 миллиона до 11,58 миллиона в год.

Используя данные трудовой статистики правительства Китая, мы можем разбить безработную молодёжь на группы по уровню образования. В 2022 году примерно 70% безработных в Китае в возрасте 20-24 лет составляли выпускники двух- и четырёхлетних программ высшего образования. Среди молодых людей, вышедших на рынок труда в 2022 году, на недавних выпускников вузов пришлось 8,57 миллиона человек – более чем вдвое больше, чем число принятых на работу выпускников неполной и полной средней школы вместе взятых.

Замедление экономического роста в последние годы стало одним из факторов, осложняющих трудоустройство выпускников вузов. Дополнительной причиной выступает структурный разрыв между профессиональными устремлениями выпускников и кадровыми потребностями промышленного сектора Китая. Как правило, выпускники вузов нацелены на офисную работу в относительно высокооплачиваемых секторах – технологическом, автомобильном и финансовом. Но найти такую работу становится всё труднее. При этом предприятия в сфере логистики, оптовой и розничной торговли, а также услуг нуждаются в сотрудниках на передовой линии работы. Обрабатывающая промышленность Китая испытывает острую нехватку квалифицированных работников – так называемых «пурпурных воротничков». Предприятия ищут выпускников с техническим образованием для работы на современных модернизированных заводах. Существуют также возможности для лучших выпускников научных и инженерных специальностей, готовых сразу включиться в работу в сфере исследований и разработок. Но лишь немногие выпускники вузов обладают такой подготовкой.

В Китае существенные различия в доходах в зависимости от уровня образования давно стали нормой. На протяжении многих лет выпускники элитных университетов страны могли рассчитывать на престижную работу «белых воротничков» с перспективой стабильного карьерного роста. Соответственно, китайские родители уделяли первостепенное внимание образованию своих детей, рассчитывая на повышение их социального статуса. Политика «одна семья – один ребёнок» способствовала росту числа выпускников вузов, поскольку семьи рабочих направляли свои ограниченные ресурсы на образование единственного ребёнка, стремясь обеспечить ему поступление в вуз и лучшее будущее. Под влиянием этих факторов китайские студенты вузов в основном ориентируются на офисную карьеру «белых воротничков». Однако найти желаемую офисную работу становится всё сложнее.

«Крысиный народ»

Как правило, выпускник вуза, не нашедший подходящую постоянную работу после окончания учёбы, перебивается временной занятостью в гиг-экономике, продолжая поиски. Некоторые откладывают решение проблемы, поступая в магистратуру. Однако всё больше молодых людей попросту отвергают общественные ожидания, согласно которым они должны найти постоянную работу, ведущую к независимости и материальному достатку.

Речь идёт о сторонниках образа жизни тан пин (лежать плашмя), феномена, который вызвал в Китае широкий общественный резонанс. Безразличные к карьерному успеху, равнодушные к любви и браку, эти «бездельники» избрали малозатратный образ жизни с низким уровнем потребления. Некоторые продолжают жить за счёт родителей, тогда как другие работают лишь только чтобы поддерживать минималистский уклад, отказываясь от автомобиля, собственного жилья и других материальных благ.

В онлайн-опросе, проведённом в 2021 году на китайской социальной платформе Weibo, участников попросили высказать своё мнение о феномене тан пин. Из числа ответивших (всего более 240 тыс.) большинство выразили либо сочувствие, либо восхищение, тогда как менее 10% полностью осудили это явление. Сами «бездельники» всё активнее заявляют о себе в социальных сетях, демонстрируя свой замкнутый образ жизни и даже с самоиронией называя себя «людьми-крысами». После десятилетий стремительного роста, обусловленного жёсткой гонкой за материальным благополучием, экономика и общество Китая, возможно, приближаются к переломному моменту.

Проблему безработицы среди молодёжи быстро не решить

Китайское правительство не остаётся в стороне от проблемы безработицы среди молодёжи. В сентябре 2024 года Госсовет и Центральный комитет Коммунистической партии Китая совместно представили стратегию из 24 пунктов, направленную на «содействие высококачественной и достаточной занятости». Для устранения структурного несоответствия между спросом и предложением на рынке труда стратегия предусматривает: 1) более тесную связку учебных программ с потребностями промышленности, в том числе за счёт расширения подготовки в области естественных наук, инженерии, сельского хозяйства и медицины; 2) увеличение компаниями расходов на обучение персонала, причём не менее 60% этих средств должно направляться на подготовку работников передовой линии; 3) создание Национальной рамки квалификаций, которая объединит требования к профессиональной сертификации и получению академических степеней; 4) повышение заработной платы и улучшение условий труда квалифицированных работников.

Кроме того, правительство внедряет меры по улучшению государственных служб занятости, в том числе с использованием современных цифровых инструментов. Также правительство рассматривает новые меры социального обеспечения, направленные на поддержку молодых людей, длительное время остающихся без работы.

Китайские власти практически непрерывно разрабатывают инициативы по решению проблемы безработицы среди молодёжи с 2021 года. Последние планы по переориентации университетских учебных программ на научно-технические специальности и по усилению подготовки работников связаны с эволюцией промышленной структуры Китая и согласуются с 15-м пятилетним планом страны (2026–2030 гг.), который предусматривает развитие новых отраслей, включая искусственный интеллект, новую энергетику, новые материалы и аэрокосмическую промышленность. Однако вряд ли стоит ожидать, что они дадут быстрый результат.

Китайская мечта под угрозой

Председатель КНР Си Цзиньпин выстроил свою политическую программу вокруг цели превратить Китай к 2049 году в «великую современную социалистическую страну», равную или превосходящую США по экономической, военной и технологической мощи. К тому времени нынешнее поколение двадцатилетних станет основой китайского общества и экономики.

Кроме того, на фоне старения населения и его сокращения Китаю придётся эффективнее использовать свои человеческие ресурсы, чтобы повысить производительность. Нарастающие разочарование и апатия плохо вписываются в образ великого будущего Китая, который вынашивает Си Цзиньпин. Рост числа тех, кто добровольно уходит с рынка труда, способен создать дополнительную нагрузку на систему социальной защиты. Китайские лидеры не могут не наблюдать за феноменом тан пин с растущей тревогой.

В сентябре 2025 года Управление по вопросам киберпространства Китая, государственный орган по регулированию и цензуре интернета, развернуло кампанию по ограничению контента, вызывающего «чрезмерно пессимистические настроения». С тех пор ведомство взяло под прицел блогеров и лидеров общественного мнения, утверждающих, что «упорный труд не имеет смысла», и пропагандирующих спокойный, малозатратный образ жизни. Этой кампанией правительство продемонстрировало готовность подавлять не только политическое инакомыслие, но и меняющиеся взгляды на жизнь и материальное благополучие. Всё это свидетельствует о том, что китайское общество вступает в новую фазу.

По состоянию на начало 2026 года кризис на рынке недвижимости продолжает подрывать жизнеспособность экономики Китая, а возвращение к высоким темпам роста, характерным для периода до пандемии, представляется маловероятным. Тем не менее конкурентный потенциал Китая в передовых технологиях и их коммерческом применении не следует недооценивать, что подтверждает впечатляющий мировой дебют ИИ-чатбота DeepSeek в прошлом году. До сих пор руководство Си Цзиньпина последовательно ставит государственные предприятия во главу угла, одновременно удерживая частный бизнес в рамках государственных приоритетов. Сможет ли правительство стимулировать инновации, одновременно усиливая контроль над частным сектором? Сможет ли оно возродить в молодом поколении стремление к успеху и амбиции? Таковы ключевые вызовы, с которыми сталкиваются китайские власти, пытаясь решить проблему безработицы среди молодёжи.

Фотография к заголовку: Ярмарка вакансий в Шанхайском университете Цзяотун, 26 сентября 2025 г. (© Xinhua / Kyodo)