Стратегия национальной обороны второй администрации Трампа и Индо-Тихоокеанский регион: о необходимости иметь дело с Америкой «о трех лицах»

Главные приоритеты – Западное полушарие и Индо-Тихоокеанский регион

–– В документе, излагающем стратегию администрации Трампа, в качестве приоритетов выделены Западное полушарие и Индо-Тихоокеанский регион. Как это следует расценивать Японии?

–– В нынешней Стратегии национальной обороны США приоритетными выделены Западное полушарие и Индо-Тихоокеанский регион, при этом приоритетами не обозначены Европа, Ближний Восток и Корейский полуостров. Позиция, которую Соединенные Штаты отводят Индо-Тихоокеанскому региону, для Японии совсем неплохая.

Во-первых, крайне важно то, что Индо-Тихоокеанский регион воспринимается как центр экономического роста и изложено понимание того, что его мир и процветание напрямую связаны с миром и процветанием самих Соединенных Штатов. В этом регионе у США имеются серьезные интересы, и страна стратегически намерена их отстаивать, что внушает доверие в отношении приверженности Соединенных Штатов данному региону, а также защите своих союзников и партнеров.

Во-вторых, Японии можно только приветствовать курс администрации Трампа на утверждение в качестве «зоны отказа и контроля доступа» первой островной линии. Это означает, что Соединенные Штаты намерены играть лидирующую роль в сохранении статус-кво и не допустить регионального превосходства Китая. В этой связи явным контрастом выступают изложенные в документе отношение и подход к Европе. Неизвестно, насколько Соединенные Штаты будут вовлечены в дела Юго-Восточной Азии, в связи с чем Японии и Австралии следует вовлекать США в эти дела совместными усилиями.

В-третьих, важно и то, что участие в делах Индо-Тихоокеанского региона включено отдельным пунктом в Закон о национальной обороне в 2026 году, принятый Конгрессом США, то есть, внесено в оборонный бюджет. Целями ставятся укрепление стратегических сил и возможностей, а также усиление подготовки и учений Объединенного командования ВС США в зоне Индийского и Тихого океанов (INDOPACOM), поддержка Тайваня и усиление сотрудничества в обеспечении безопасности и обороне со странами-союзниками в регионе. В целом, содержание внушительное.

Приятно то, что стратегическая цель – препятствование силовому изменению статус-кво и недопущение регионального доминирования какой-либо страны – разделяется Японией и Соединенными Штатами. В практическом аспекте Япония прилагает усилия к усилению обороноспособности, флот в зоне Индийского и Тихого океанов усиливает систему быстрого реагирования, наращивается сотрудничество. Обе стороны – и японская, и американская, также работают над активизацией оборонной промышленности, налаживанием совместных производств, другими задачами, и, хотя на этом пути предстоит преодолеть немало трудностей, очевидно то, что работа ведется в нужном направлении.

Нестабильная дипломатия Трампа

–– Свойственная президенту Трампу неопределенность повсеместно вызывает беспокойство. О чем следует волноваться?

–– Администрация Трампа пошла на полный риска и неопределенности удар по Ирану несмотря на то, что в ее документе о стратегии ясно прописаны приоритеты и степень участия. Из-за этого возникает неясность, в какой мере данный шаг повлияет на участие США в делах Индо-Тихоокеанского региона, а если, предположим, желания и интересы руководства американской администрации станут сильно расходиться с ресурсами американских вооруженных сил, то это, конечно, будет внушать беспокойство.

К тому же в том, что касается силы сдерживания, политическую неопределенность оставляет составляющая, именуемая «намерениями». Ведь непонятно, как администрация Трампа отреагирует, если вокруг Тайваня действительно возникнет кризис. Чтобы демонстрировать силу сдерживания, которая вызывает доверие, оппоненту следует внушать уверенность в том, что попытка какой-либо страны силой изменить статус-кво повлечет обязательное вмешательство США для защиты сложившегося порядка. Это серьезная задача вне зависимости от того, кто находится на посту президента.

Как бы то ни было, Япония, Тайвань, Филиппины и другие страны и территории, находящиеся на переднем крае, как и Соединенные Штаты, работают над тем, чтобы не допустить молниеносной смены статус-кво с последующим закреплением новых реалий де-факто, а задача состоит в том, чтобы укреплять потенциал на случай продолжительных военных действий, волю к продолжительным военным действиям, потенциал для отстаивания статус-кво с учетом вероятности того, что конфликт окажется продолжительным. Именно над этой задачей сейчас работает правительство Японии, что, вероятно, найдет отражение в обновленной версии ее трех основополагающих документов о национальной обороне. Но для того, чтобы сила сдерживания действительно не допускала никаких поползновений, требуется, чтобы работа велась вместе с Соединенными Штатами, союзниками и партнерами, а не усилиями одной Японии.

«Сортировка» союзников и перераспределение нагрузки

–– Ситуация выглядит так, словно администрация Трампа занимается «сортировкой» стран-союзников. Как следует воспринимать предъявляемые к союзникам требования брать нагрузку на себя?

–– Администрация Трампа в качестве «нового мирового стандарта» требует, чтобы оборонные расходы союзных стран составляли 5% их валового внутреннего продукта. Это не означает, что она просто заявляет: «тратьте больше, потому что до сих пор вы ехали без билета». В Стратегии национальной обороны (обнародованной в декабре 2025 года) на 12-й странице имеется подзаголовок «распределение нагрузки и перенос нагрузки». Это дает понять, что в администрации Трампа рассматриваются два подхода к распределению нагрузки.

Перенос нагрузки можно трактовать как требование проявить собственную силу первичного сдерживания к тем странам-союзникам, которые, по мнению администрации Трампа, способны сдерживать противника. Если говорить конкретнее, его администрация исходит из того, что у Европы есть силы для того, чтобы сдерживать Россию, а у Южной Кореи есть силы для того, чтобы сдерживать Северную Корею.

В свою очередь распределение нагрузки – это требование выполнять в первичном сдерживании более весомую роль, чем прежде, к тем странам-союзникам и партнерам, с которыми Соединенные Штаты все-таки продолжат играть в сдерживании главную роль. Заместитель министра обороны США Элдридж Колби до того, как войти в состав администрации, говорил: «У Соединенных Штатов не появится надежной приверженности защищать до тех пор, пока страна-союзник не будет обладать оборонным потенциалом, который позволит Соединенным Штатам защищать ее с приемлемыми издержками». И это действительно так. Следует придерживаться широкого понимания того, что требование о распределении нагрузки по отношению к странам-союзникам имеет стратегический смысл и означает, что укрепление оборонного потенциала Японии повышает приверженность Соединенных Штатов ее защите, соответственно, еще более способствуя лучшему обеспечению безопасности нашей страны.

Тревожащие «сделки по экономике и безопасности»

–– Чего президент Трамп будет пытаться добиться во время визита в Китай?

–– В прошлом году президент Трамп попытался вести переговоры с Китаем, оказывая давление путем использования в качестве «кнута» таможенных пошлин, но Китай в ответ прибегнул в качестве собственного «кнута» к ограничению экспорта редкоземельных элементов и введению ответных тарифов. Теперь, когда «кнут» не сработал, поскольку как Соединенные Штаты, так и Китай не желают, чтобы дела с экономикой пошли хуже, чем сейчас, нельзя исключать вероятность того, что они попытаются договориться, прибегнув к взаимным «пряникам».

При визите в Китай Трамп, возможно, финализирует переговоры с большими денежными суммами по таким направлениям, как соя, самолеты, энергоносители и т. п., а также добьется от китайской стороны усиления контроля над прекурсорами для производства фентанила. Поговаривают и о возможности инвестиций в Соединенные Штаты со стороны Китая, но неясно, удастся ли реализовать это направление.

В Вашингтоне также высказывались опасения по поводу того, что в связи с визитом президента Трампа в Китай какие-то интересы, связанные с Тайванем, могут быть использованы в качестве разменной монеты на американо-китайских переговорах. Трудно предсказать, как будут складываться американо-китайские отношения по тайваньскому вопросу не только при предстоящем визите в Китай, но и на протяжении следующих трех лет.

Впрочем, представляется маловероятным, что администрация Трампа бросит Тайвань. Поскольку Трамп, вероятно, понимает, что Индо-Тихоокеанский регион сулит Соединенным Штатам экономические выгоды, и развертывается соперничество с целью не допустить в этом регионе китайского доминирования, вряд ли случится так, что Трамп попросту продаст Тайвань.

С другой стороны, высказываются и предположения о том, что США могут договориться отложить продажи оружия Тайваню в обмен на экономические выгоды со стороны Китая. Откладывание продажи оружия Тайваню неминуемо пагубно скажется на политике как правящей, так и оппозиционных партий острова в том, что касается оборонного бюджета. В случае реализации сделки, при которой в обмен на экономические выгоды происходит уступка преимуществ в том, что касается обеспечения безопасности, это неизбежно породит сильное беспокойство среди союзников и партнеров Соединенных Штатов.

Трудность для Тайваня состоит в том, что он не может вести с Соединенными Штатами дипломатический диалог на высшем, президентском уровне, а если тайваньские ключевые интересы будут приноситься в жертву через его голову, то это, безусловно, еще более усилит так называемые сомнения по поводу Америки. Это повысит остроту тревоги по поводу безопасности Восточной Азии, а также надежности Соединенных Штатов.

Расклад, выгодный Китаю

–– Как дипломатия Трампа меняет расклад в международной политике?

–– Не исключено, что нынешний расклад сил между большими державами создает ситуацию, выгодную для Китая. В отношениях между США и Европой пролегла глубокая трещина. Для Европы, по-видимому, предпочтительнее избежать противостояния и напряженности между тремя полюсами – США, Китаем и Россией. Если президент Трамп станет каждый раз прибегать к обложению таможенными пошлинами, когда он чем-то недоволен, то нельзя исключать, что, как в случае с Канадой, станет происходить то, что именуется «уход от рисков, связанных с США» с постепенным расширением экономических отношений в областях, не имеющих особой важности.

При всем при том президент Трамп рассчитывает во время апрельского визита в Китай финализировать ряд торговых переговоров, чтобы заявлять о достигнутых результатах в преддверии промежуточных выборов. Не исключено, что при этом вновь прозвучат слова о так называемой «большой двойке» G2 (США и КНР). К тому же, администрация Трампа сообщала, что рассматривает вопрос о расширении экономического сотрудничества с Россией, а если это действительно произойдет, то перспектива прекращения боевых действий в Украине станет еще более отдаленной. При затягивании войны зависимость России от Китая, очевидно, будет сохраняться.

С точки зрения Китая отражением всего этого станет стремление Европы, Соединенных Штатов и России к экономическому сближению с КНР. Если председатель КНР Си Цзиньпин будет считать, что у него есть возможность оказывать давление на Тайвань, Филиппины и Японию, не нанося вредя экономическим отношениям с ведущими державами, то это сузит возможности добиться прорыва в дипломатических отношениях Японии и Китая.

Для Японии важно не поддаваться оппонентам, которые оказывают неприкрытое давление на другие страны, если считают их политику неудобной для себя, и решительно придерживаться того политического курса, который необходим для обеспечения ее собственной безопасности. Если мы сейчас уступим давлению, то этим мы собственноручно позволим реализовать региональное доминирование. В сложившихся условиях нам необходимо неуклонно заниматься наращиванием японского оборонного потенциала и усилением японо-американского альянса, а также укреплением отношений сотрудничества с другими странами-друзьями и единомышленниками.

Страны-союзники как «стратегический капитал»

–– Как администрация Трампа относится к странам-союзникам?

–– По всей видимости, президент Трамп придерживается иного, чем его предшественники, понимания того, какие страны являются «хорошими союзниками». По-видимому, желанность союзников он оценивает по следующим критериям: во-первых, насколько велика экономическая выгода, то есть, насколько данный союзник старается скорректировать дисбаланс в торговых отношениях путем импорта товаров американского производства, насколько он вносит вклад в развитие американской промышленности и создание рабочих мест в США путем инвестиций в Соединенные Штаты, а также насколько он вносит вклад в технологическое соперничество с Китаем, в частности, согласуя ограничения, призванные не допускать утечки в Китай технологий. А во-вторых, насколько мал риск в вопросе обеспечения безопасности, то есть, вносит ли союзник вклад в предотвращение конфликтов через повышение уровня своего оборонного потенциала и расходов на оборону, а также насколько он расплачивается за снижение риска для собственной страны посредством взятия на себя бремени расходов по размещению на своей территории американских войск.

Усиливая у президента Трампа, среди сторонников Республиканской партии и движения MAGA, а также в американском обществе в целом понимание: «Япония незаменима для Соединенных Штатов», мы можем выстраивать японо-американские отношения, которые не будут сотрясать изменения в отношениях между США и Китаем. Вопрос лишь в том, как Японии и США получать выгоду от двустороннего альянса при всех подвижках и конфликтах интересов. Следует активно использовать японские инвестиции в Соединенные Штаты исходя из этой позиции с целью формировать бизнес в интересах обеспечения экономической безопасности, причем не только для развития промышленности, но и как инструмент, позволяющий повысить по всем Соединенным Штатам симпатии по отношению к Японии посредством создания рабочих мест.

«Серая зона» в работе с Америкой

–– Как нам следует вести себя в дальнейшем с Соединенными Штатами со всей их неоднозначностью?

–– Сейчас у Соединенных Штатов три «лица». Во-первых, это (по выражению Накаямы Тосихиро) «неправильные Соединенные Штаты», которые ведут себя по-имперски в Западном полушарии, в частности, напали на Венесуэлу. Во-вторых, это «распыляющие свое внимание» Соединенные Штаты, разделяющие собственые ресурсы между зонами стратегических интересов за его пределами – на Ближнем Востоке и в других местах. В-третьих, это «тем не менее необходимые Соединенные Штаты», без которых Японии не обойтись во всем, что касается сдерживания Китая, да еще и очень важные с экономической точки зрения.

Безусловно то, что для Японии Соединенные Штаты являются партнером, с которым обязательно необходимо поддерживать и укреплять отношения как в области обеспечения безопасности, так и в экономике. Вероятно, нам необходим настрой, который состоит не в том, чтобы смотреть только в какое-то одно из трех «лиц», но в том, чтобы в своем подходе к США видеть «широкую картину» и постоянно помнить о наличии этих трех «лиц». Это не значит, что нам следует совсем порвать с Соединенными Штатами, равно как и не значит, что нам нужно отказаться от своего стремления к свободному и открытому международному порядку, основанному на верховенстве закона. Полагаю, пора осознать, что настала эпоха, требующая спокойной дипломатии с холодной и тщательной оценкой собственных практических интересов и выгод.

Интервью провёл Исии Масато, редакция nippon.com

Фотография к заголовку: президент США Дональд Трамп рассказывает на пресс-конференции о военной операции против Ирана, 9 марта 2026 года, Дорал, штат Флорида (AFP/Jiji Press)