Искаженное восприятие масс-медиа порождает «цифровые культы»

С ускорением перехода от прежних масс-медиа к сетям настала эпоха, когда мнение в сети оказывает сильное влияние даже на политику. Результатом становится быстрое распространение так называемого «враждебного восприятия» масс-медиа.

Враждебное восприятие масс-медиа – психологическая склонность считать однобокими или предвзятыми любые материалы масс-медиа, которые не соответствуют личным взглядам человека. В ходе ежемесячного опроса, совместно проводимого японской корпорацией JX Press и веб-сайтом о выборах и политике «Сэнкё дот ком», избирателям задают вопрос, согласны ли они с тем, что «информация, распространяемая телевидением и газетами, в общем не заслуживает доверия». По итогам февральского опроса 52% респондентов признались, что «полностью согласны» или «скорее согласны» с этим утверждением.

Следует предположить, что те, кто с этим согласен, склонны к враждебному восприятию масс-медиа, причем если всего несколько лет назад доля согласных не превышала 30-40%, то теперь их уже больше половины.

По-видимому, рост происходит из-за того, что политики и инфлюэнсеры, обладающие весомым авторитетом в соцсетях и в YouTube, с удовольствием критикуют информацию, которую подают масс-медиа, и эта критика получает широкое распространение. А более подробный анализ итогов опроса фактически говорит о том, что сильно склонным к враждебному восприятию масс-медиа людям свойственно помногу пользоваться в качестве источника информации о политике и обществе социальными платформами, в частности, YouTube, X и др. Вполне естественно, что они скорее доверяют словам инфлюэнсеров, постоянно и резко критикующих масс-медиа, нежели публикациям средств массовой информации.

Мы живем в эпохе «сотен миллионов медиа», поскольку распространителем информации может стать любой желающий. С появлением великого множества разнообразнейших распространителей информации классические масс-медиа перестают быть тем авторитетным голосом, формирующим общественное мнение, каким они выступали в прошлом.

Статья 4 Закона о вещании требует от телевидения «политической беспристрастности». Но поскольку в конечном счете масс-медиа делаются людьми, представляется практически невозможным подавать информацию так, чтобы она была начисто лишена какой-либо предвзятости в глазах всех и каждого. В итоге в наши дни, когда объемы распространяемой информации растут взрывообразно, телевизионным каналам приходится отбирать и сортировать материалы, исходя из ценностных критериев («ценности новости»). А зритель усматривает в подаваемом таким образом материале разного рода «склонности или предвзятости». Такое положение дел порождает ситуацию, в которой легко и просто подвергнуться критике за «отбор новостей по собственным соображениям».

Между тем средства массовой информации опираются на «организованную журналистику», которая предусматривает систематическую верификацию фактов перед подачей информации. В этом отношении СМИ, безусловно, подают информацию гораздо более качественно, нежели любой средний инфлюэнсер.

Инфлюэнсеры же, напротив, даже когда происходит распространение демагогических утверждений и фейковых новостей, по большей части не занимаются проверкой фактов и не исправляют допущенные ошибки. Но потребляющую их продукцию аудиторию, склонную обращать внимание не на факты, а на то, насколько контент близок их «мнению и взглядам», такой перекос совершенно не интересует. А в итоге незаслуженно враждебное восприятие масс-медиа приобретает хронический характер.

В последнее время заметно, что некоторые инфлюэнсеры намеренно используют эту психологическую склонность потребителей в своем стремлении к расширению аудитории и монетизации своего контента.

Они подогревают враждебное восприятие масс-медиа, выступая с заявлениями в духе «Я разрушаю табу и говорю о том, о чем никогда не расскажут СМИ» или «Я вскрываю правду, о которой не сообщает никто», распространяя безосновательные домыслы на темы, остро интересующие общество. В числе таких тем можно назвать, к примеру, убийство быввшего премьер-министра Абэ Синдзо, вакцины против коронавируса или теорию о заговоре в Министерстве финансов. Их особенностью являются заявления, не подкрепленные тем, что принято называть «фактами», в частности, фабрикация несуществующих высказываний и приписывания их политикам, которые придерживаются иных позиций, нежели автор.

Распространению подобных заявлений помогает наличие у платформ алгоритма, рекомендующего пользователю только ту информацию, которая совпадает с его предпочтениями. Массовая аудитория, ничего не замечая, оказывается в огромной ловушке, где слышит только собственное эхо. А когда инфлюэнсеры, выступающие лидерами такой массы, обрушиваются с нападками на людей или СМИ, придерживающихся другой точки зрения, масса это воспринимает со все более горячим энтузиазмом. Она подобна собаке, готовой действовать по команде хозяина.

Психолог Стивен Хассен описал метод контроля, общий для всех современных культов, так называемой «моделью BITE». Особенностью современных культов является четырехслойный контроль: поведения (Behavior), информации (Information), мыслей (Thought), эмоционального состояния (Emotional). Крайне важной особенностью является информационная отчужденность и резкое неприятие внешней критики, исходящее из системы ценностей, согласно которой внутри культа царит добро, а внешняя критика – проявление зла.

Этот метод поразительно напоминает поведение инфлюэнсеров, ставящих целью сделать бизнес на «завлечение клиентуры» сочетанием враждебного восприятия масс-медиа и теорий заговора. В цифровом пространстве естественным образом формируется «эхо-камера», в которой масса людей слышит лишь собственное эхо, а внешняя информация отсекается. Этой массой руководят, а иногда ее натравливают на критиков. Данное явление следовало бы назвать «цифровым культом».

Люди – существа, склонные впадать в «подтверждающее искажение» – они с готовностью верят в то, во что им хочется верить. Поднимающие голову цифровые культы, будучи структурной проблемой, порождаемой синергией человеческой психологии и новых технологий, непрерывно вовлекают в себя все новые и обильные массы людей. Но в силах каждого человека сознательными усилиями не дать сделать себя частью такой массы.

В первую очередь это зависит от того, способен ли он потреблять не только комфортную для себя информацию от людей с близкими взглядами, а кроме того, способен ли он отделять факты от мнений и использовать информацию, обращая особое внимание на верность этих самых фактов. Именно в этом заключается момент истины.

Фотография к заголовку: в современном обществе достаточно просто иметь смартфон, чтобы отправлять и получать колоссальные объемы информации. В этот поток вливается изрядное количество теорий заговора, а также игнорирующей факты критики в адрес масс-медиа (PIXTA)