Посмертный развод как «декларация независимости» женщин

Танги Мидзухо [Об авторе]

[28.11.2017] Читать на другом языке : ENGLISH | 日本語 | 简体字 | 繁體字 | FRANÇAIS | ESPAÑOL | العربية |

В последнее время растёт количество случаев «посмертных разводов» – чаще всего это разрыв вдовой родственных связей после смерти мужа. Здесь мы рассмотрим, почему сходят на нет представления о том, что жена «входит в семью» мужа, и чем вызвано нежелание женщин продолжать отношения с родственниками покойного супруга.

Достаточно просто подать заявление

В Японии всё чаще происходят «посмертные разводы». Для обычного развода необходимо согласие обеих сторон, однако после смерти одного из партнёров всё обстоит иначе. Если человек после смерти супруга хочет разорвать связи с его родителями и прочими родственниками по браку, можно подать заявление о прекращении семейных связей в отдел посемейных записей или в гражданский отдел местной администрации, что позволяет юридически прекратить такие связи.

Нужно предъявить документ, удостоверяющий личность, а также выписку из книги посемейной записи, подтверждающую смерть супруга, в заявлении указать своё имя, адрес, принадлежность к семье, имя покойного супруга, и поставить личную печать. На этом оформление документов заканчивается, для этого не нужно согласие или разрешение от кого-либо. Нет никаких временных ограничений – подать такое заявление можно когда угодно после смерти супруга. Родственники не имеют права запретить это сделать, и их об этом не извещают.

Таким образом, официально оформить «посмертный развод» очень просто. Однако количество таких разводов стало расти только в последние несколько лет. Раньше и само выражение «посмертный развод» не употреблялось, они были так редки, что о существовании этой формы заявления знали практически только работники соответствующих отделов местных администраций.

Согласно статистическим данным о посемейных записях Министерства юстиции, до того, как в 2013 году было подано 2167 таких заявлений, наблюдался незначительный рост их количества, однако в 2014 году оно составило 2202, в 2015 году – 2783, то есть разом выросло почти на 600. В 2016 году подали 4032 таких заявлений, в полтора раза больше, чем в предыдущем. За три года с 2013 года их количество выросло почти вдвое. При этом большинство заявителей – женщины.

Разница ментальности поколений

За быстрым ростом количества «посмертных разводов» стоит разница в восприятии семьи у разных поколений.

Довоенная крестьянская семья хорошо характеризует семейную систему, сложившуюся у японцев как земледельческого народа. Крестьянские семьи (кроме арендаторов) владели своими полями на протяжении сотен лет и занимались сельским хозяйством всей семьёй. Земли и имущество были основой их жизни, и чтобы избежать их дробления, которое привело бы к упадку семьи, наследство полностью переходило к старшему сыну. Поскольку он является главой семейства, его имя возглавляет список членов дома. И в годы Мэйдзи (1868-1912) правительство, исходившее из принципа патриархата, установило «семейную систему» (иэ сэйдо), согласно которой главенство в доме переходит к старшим сыновьям, они наследуют земли и имущество, а женщины, выходя замуж, вливаются в семью мужа.

При послевоенном пересмотре гражданского права «семейная система» была упразднена, однако она глубоко укоренилась в сознании японцев, воспитанных в её рамках до войны, и поколения их детей (75 лет и старше). У многих из них сильны представления о том, что невеста после замужества «входит в семью мужа» и должна жить с родителями мужа, помогая им вести дом. Общение с родственниками мужа и уход за ними представляется тем поколениям совершенно естественным. Поэтому они питают надежды, что и поколение их детей будет себя вести так же, как они сами, и те обязанности, которые им в своё время приходилось выполнять, они взваливают на невестку.

Кроме того, если крестьяне, рыбаки и другие люди, занятые в первичном секторе экономики, составляли около 50% населения, то после 1955 года их доля постоянно снижается, и в 1985 году она достигла 10%. Начиная с периода послевоенного быстрого экономического роста молодёжь из регионов переезжает в города для работы или учёбы. Обычным явлением становятся нуклеарные семьи, когда супруги с детьми живут отдельно от родителей, и понятие семьи как «дома», большой семьи, представление о «вхождении в семью» не наследуются и сходят на нет.

Сейчас у женщин всё больше карьерных возможностей, и немало замужних женщин сейчас работает наравне с мужчинами, совмещая это с домашними делами и воспитанием детей. Психологически и экономически становится невозможно соответствовать ожиданиям родителей мужа, работая для них, как в старину.

Заявление о прекращении родственных связей как путь к спасению

Согласно закону, родственники по браку вплоть до 3-й степени родства считаются законными родственниками, из чего вытекает обязанность их содержать. Иначе говоря, в определённых ситуациях в отношении отца, матери, деда и бабки супруга, его братьев и сестёр и их детей может появиться обязанность ухода за ними. Однако после подачи заявления о прекращении родственных связей они прерываются, как при разводе, и такая обязанность уже возникнуть не может.

Вообще-то в действительности практически нет необходимости в подаче такого заявления. Чтобы возникла обязанность кого-то содержать, нужно, чтобы родители супруга подали заявление в суд, а Семейный суд признал наличие «особых обстоятельств» и вынес решение о возложении на невестку обязанности их содержать. Эти «особые обстоятельства» могут заключаться, например, в том, что невестка долгое время жила на иждивении родителей мужа. При этом, даже если суд возложил на невестку такую обязанность, то она выражается в бытовой помощи и только в случаях, если у невестки есть для этого резервы, и помощь должна позволять им жить хоть как-то.

Почему же, несмотря на это, растёт количество людей, которые хотят внести в вопрос ясность и формально порвать отношения? Возможно, это связано с увеличением экономической и психологической нагрузки на молодое поколение в период сокращения рождаемости и старения общества, а также с невозможностью ухаживать за родителями супруга в старости.

Рассмотрим конкретный случай. Прожившая около 30 лет под одной крышей со свекровью женщина за 50 продолжала выплачивать ипотеку за дом после смерти мужа. Свекровь же из своей пенсии на бытовые расходы не давала ничего. Чтобы выйти из этой ситуации, женщина подала заявление о прекращении родственных отношений.

Другая женщина жила с мужем и его родителями, когда он унаследовал семейный бизнес. После смерти мужа ей пришлось продолжать этот бизнес, а ещё заниматься домом и растить двоих детей. При этом свекровь начала постоянно указывать ей, как работать. Постепенно она почувствовала, что её уже упрекают в смерти мужа, она мучилась около двух лет, после чего подала заявление о разрыве отношений.

Ещё одна женщина за 50 более двадцати лет работала на одной работе и после вступления в брак, но для ухода за престарелыми родителями мужа от работы пришлось отказаться, но в нынешнем положении, когда социальная роль женщин растёт, ей становилось всё труднее смириться с теми ожиданиями, которые они на неё возлагали.

Эти женщины стремились сохранить семью и терпели, когда муж был жив, но почему и после его смерти они должны быть привязаны к его родителям? Нынешнее поколение тех невесток, которым от 50 до 60 лет, уже не может терпеть положение, когда им нужно оправдывать надежды на опеку и уход за родителями мужа, которым за 75 лет, воспитанными в традиции, когда жена входила в семью мужа. В женщинах растёт желание освободиться от такой роли, они узнают о существовании таких заявлений и используют этот выход как последнее средство.

Лежать ли в одной могиле с мужем?

В Японии вместе с ослаблением представлений о том, что женщина входит в семью мужа, сильно меняется и отношение к могилам. Когда женщина входила в семью мужа, её впоследствии обычно хоронили в семейной могиле предков мужа. Однако в последнее время всё больше женщин выбирают другие варианты – из-за плохих отношений с мужем или его родителями, или же из нежелания возлагать бремя ухода за могилой на детей. Похоже, что на «посмертный развод» решаются в том числе и по этим причинам.

В исследовании отношения японцев к могилам, которое проводил Институт исследований жизни Дайити в 2009 году, на вопрос, с кем бы человек хотел быть похороненным, самым распространённым ответом у мужчин было «в могиле предков» (48,6%), и только 29,9% женщин ответили так же.

В 2014 году тот же институт провёл исследование среди состоящих в браке людей от 60 до 80 лет. На вопрос, должны ли супруги быть похоронены в одной могиле, всего 12,6% мужчин ответили «не слишком согласен» или «не согласен», в то время как у женщин количество отрицательных ответов составило 23,1%. Кроме того, 64,7% мужчин ответило, что хотели бы быть похороненными вместе с супругой, а среди женщин так ответило меньше половины, 43,7%. Похоже, идея о том, что муж и жена должны быть похоронены в одной могиле, распространена больше среди мужчин.

То, что растёт спрос на могилы только для женщин, напрямую не связано с проблемой «посмертных разводов», но это показатель изменений в сознании женщин и обретения ими большей экономической и психологической самостоятельности. Кроме того, за последний десяток лет больше стали выбирать способы погребения, не требующие участия потомков – в «могилах вечного поминовения», за которыми родственники могут не ухаживать, «могилы-деревья», автоматическую отсылку праха в колумбарий. Появилось даже слово «друзья по могиле» (хака-томо), и растёт количество кладбищ, где нет правила, что в одной могиле могут лежать только члены семьи.

В Японии, где сильнее всего ощущается сокращение рождаемости и старение населения, множатся связанные с этим проблемы, требующие разрешения – например, вопрос ухода за престарелыми. И всё же, наверное, не мне одной кажется, что рост количества «посмертных разводов» и изменение отношения к могилам демонстрирует увеличение самостоятельности японских женщин, которые долгое время были связаны семейными узами.

(Статья на японском языке написана 8 ноября 2017 г.)

Ярлыки:
  • [28.11.2017]

Писатель, дизайнер. Работала графическим дизайнером, художественным директором в издательской и рекламной компаниях, с 2015 года перешла на самостоятельную занятость. Пишет статьи о кухне, мероприятиях, похоронах, о заботе о престарелых, редактирует буклеты и путеводители, занимается графическим дизайном, иллюстрированием. Пишет для ежемесячника «Буцудзи», онлайн-журнала «Эрудари пурэсу» и других.

Статьи по теме
Последние статьи

Популярные статьи

Хроники Все статьи

Видео в фокусе

バナーエリア2
  • Колонки
  • Новости