От Сибуя до Мэгуро: энергия и элегантность западной части Токио

Точка отсчёта: Сибуя

Прогулку вдоль токийской линии Яманотэ можно начать с любой станции. Сегодня я решил двигаться против часовой стрелки от Сибуи, одной из главных остановок на кольце. Чтобы попасть на юг, мне нужно пересечь трассу 246, где ни на минуту не смолкает гул и ритмичный стук шин, 125-километровую автомагистраль, соединяющую центральный токийский район Тиёда с Нумадзу в Сидзуоке. Я ненадолго останавливаюсь на переходе, чтобы оглядеться вокруг. За последние несколько лет горизонты Сибуи сузились, со всех сторон район окружили новые высотные здания – комплекс Хикариэ, Сибуя Стрим, Скрэмбл Сквер и Фукурас возвышаются над станцией подобно стеклянным стражам. В это время на станцию въезжает жёлтый состав линии Гиндза токийского метро. Это редкая возможность увидеть состав токийской подземки на поверхности.

Станции кольцевой линии Яманотэ (© Pixta)

Пятый, самый недавний элемент новой архитектурной головоломки, расположился к югу от станции. Сакура Стейдж занимает 2,6 гектара и состоит из двух соединённых между собой зданий в 39 и 30 этажей. Как и в других зданиях, в комплексе откроются офисы и магазины, способные вместить до 10 000 сотрудников, будут доступны квартиры на продажу и апартаменты с обслуживанием, сдающиеся на средний и долгий срок.

Сакура Стейдж построена в районе Сакурагаока-тё, на вершине одного из холмов, окружающих станцию Сибуя. Вплоть до окончания Второй мировой войны один из его узких извилистых склонов вёл к церкви Нака-Сибуя, входящей в Объединённую Церковь Христа в Японии, крупнейшую протестантскую общину в стране.

Церковь получила известность, появившись в фильме 1964 года «Чёрное солнце». К тому времени она уже пришла в упадок и выглядела неуместно на фоне шумного нового города, возродившегося после войны. Фильм рассказывает о сложных взаимоотношениях между помешанным на джазе японским бродягой и вором, живущим в церкви, и афроамериканским солдатом, скрывающимся от полиции. Церковь стала физическим и символическим местом культурного и эмоционального столкновения двух мужчин, подчёркивая мотивы отчуждения, искупления и поиска взаимопонимания в послевоенной Японии.

Здание, которое мы видим в фильме, было возведено в 1917 году пастором Мори Акирой. Он был третьим сыном Мори Аринори, первого министра образования Японии, убитого ультранационалистом в 1889 году. Этого здания церкви уже давно нет, его снесли во время съёмок фильма «Чёрное солнце». Новая церковь была построена неподалёку в 2020 году.

Удаляясь от высоток на юг вдоль линии Яманотэ, я попадаю в совершенно другой мир, мир старых обветшалых зданий, покрытых граффити и наклейками. Похоже, что это излюбленный маршрут немногих смельчаков, которые выходят на пробежку в этой части города, зажатой между многочисленными строительными площадками, ржавеющими железнодорожными эстакадами и поездами, грохочущими по другую сторону забора. Они проносятся мимо каждую минуту, иногда даже каждые 15-20 секунд.

К югу от Сибуи много старых зданий, покрытых граффити (© Джианни Симоне)

Пробежка под ржавеющим железнодорожным мостом (© Джианни Симоне)

Творческий хаос в городском пейзаже Токио

Железнодорожные пути дают представление о городском планировании в Токио, его правилах и предписаниях. А точнее, об их отсутствии.

Здесь коробки многоквартирных домов соседствуют с сохранившимися зданиями в стиле ар-деко, минималистскими кубами, и фасадами, выложенными плиткой. Здания стоят вплотную друг к другу с минимальным просветом между ними. Ограничение по высоте, наверное, есть, но в остальном царит творческий хаос. Хотите дом цвета лайма рядом с кафе в псевдоевропейском стиле с псевдогреческими колоннами? Нет проблем. В этом городе зонирование больше похоже на рекомендацию, чем на правило, а единообразие – это проблема, которая никого не волнует.

Архитектура Токио, мягко говоря, чрезвычайно эклектична. Отсутствие единого стиля придаёт городу уникальный, почти инопланетный облик, подобный ретро-футуристическим пейзажам научно-фантастических фильмов, таких как «Бегущий по лезвию», где будущее видится одновременно постисторическим и постстилистическим, отданным хаотичным гибридным формам. Кажется, что архаичный и футуристический городской пейзаж Токио существует вне времени. Это многослойное смешение архитектурных эпох и импульсов вызывает ассоциации с мрачным будущим выживших после катастрофы.

Архитектура Токио, мягко говоря, очень эклектична (© Джианни Симоне)

А чтобы усилить сюрреалистический контраст и добавить нервозности, прямо напротив железнодорожных путей, в 15 минутах ходьбы от знаменитого пешеходного перехода Сибуя, был построен мусоросжигательный завод. Всего в 23 центральных муниципалитетах Токио расположен 21 такой объект. Несколько из них находятся на искусственных островах Токийского залива, в то время как по крайней мере ещё два – один между Эбису и Мэгуро, а другой рядом с Икэбукуро – расположены на удивление близко к станциям линии Яманотэ.

Завод в Сибуе способен перерабатывать около 200 тонн отходов в день и оснащён системой контроля загрязнения воздуха для снижения концентрации диоксинов, тяжёлых металлов и твёрдых частиц, выделяющихся после сжигания. Японские мусоросжигательные заводы считаются одними из самых безопасных и чистых в мире. Уровень диоксинов на выходе из них значительно ниже рекомендованного ВОЗ, они регулярно обслуживаются и модернизируются, а для предотвращения распространения неприятных запахов используются системы пониженного давления.

Удобства, пиво и многое другое

В Эбису я захожу в туалет. Эбису, помимо прочего, лидирует в этой области, поскольку здесь находятся объекты проекта THE TOKYO TOILET, комплекса из 17 общественных туалетов, созданных известными архитекторами и дизайнерами, такими как Кума Кэнго, и лауреатами Притцкеровской премии, такими как Андо Тадао, Бан Сигэру, Ито Тоёо и Маки Фумихико. Четыре из них находятся совсем рядом со станцией Эбису.

Тамура Нао спроектировал один из общественных туалетов для проекта THE TOKYO TOILET (© Джианни Симоне)

Конечно, эти 17 дизайнерских туалетов всего лишь капля в море общественных туалетов Токио. Только в Сибуе насчитывается 186 отдельно стоящих уличных и парковых объектов, около 12,3 на квадратный километр. В 23 центральных муниципалитетах на квадратный километр в среднем приходится около восьми объектов, в то время как в Париже – 6,7. В Токио на 100 000 жителей приходится примерно 53 отдельно стоящих общественных туалета, по сравнению с 14 в Лондоне.

Эбису воплощает в себе утонченный дух привилегированных жителей западного Токио – людей деликатных, с полными карманами и изысканными вкусами. Поэтому неудивительно, что к его самому крупному торгово-культурному комплексу ведёт удобная, защищённая от непогоды движущаяся дорожка длиной 400 метров.

Когда вы, наконец, окажетесь в конце дорожки, у парка Эбису Гарден Плейс с открытыми пространствами, широкими проспектами и множеством, по токийским меркам, деревьев, вы поймёте, что Сибуя осталась позади.

Эбису Гарден Плейс – это стильный городской комплекс с офисами, магазинами, ресторанами, музеем и живописной площадью (© Джианни Симоне)

Бульвар плавно спускается к просторной центральной площади, увенчанной широкой стеклянной аркой. Центральное место здесь занимает Château Restaurant Joël Robuchon, точная копия французского дворца Людовика XVI, в котором расположены три ресторана, отмеченные звёздами Мишлена. Любопытно, что я ни разу не видел, чтобы кто-то отважился проникнуть в этот бутафорский замок.

Сейчас трудно себе представить, что происхождение у Эбису было значительно более скромным. На территории Эбису Гарден Плейс когда-то располагалась пивоварня Дайниппон, предшественница пивной империи Саппоро. Название как станции, так и района, только без буквы Й, которая осталась от архаичного правописания, происходит от названия одного из старейших японских пивных брендов. Сама станция была построена в 1901 году как грузовая платформа для загрузки поездов пивом. Пассажирские перевозки начались в 1906 году, когда японские железные дороги были национализированы, но в основном они использовались работниками завода для поездок на работу. В 1909 году станция Эбису была включена в состав линии Яманотэ.

Тихая роскошь на пути в Мэгуро

Как это часто случается, линии Яманотэ разделяет Токио на два совершенно непохожих друг на друга мира. Например, внешняя сторона между Эбису и Мэгуро – это коммерческий район с множеством недорогих магазинов и ресторанов, в то время как внутренняя сторона – это зона тихого достатка, где богатство не бросается в глаза.

Районы Эбису и Ками-Осаки пользуются большим спросом у представителей высшего класса, поскольку они сочетают в себе центральное расположение и доступ к элитным магазинам и престижным ресторанам с изысканной атмосферой, конфиденциальностью и приватностью.

В элегантных высотных кондоминиумах, таких как Паркхаус Эбису, и роскошных малоэтажных зданиях проживают состоятельные одиночки, влиятельные пары, иностранные руководители и творческие профессионалы. Современные апартаменты с 2 спальнями в новых элитных башнях стоят от 700 000 до 1,5 миллионов йен в месяц.

Роскошная жизнь в высотных зданиях Эбису (© Pixta)

Однако даже обитатели Эбису, молодые, подтянутые, амбициозные креативщики и стремящиеся к успеху покорители мира технологий, которые любят собираться в кофейне третьей волны или за бокалом экологически чистого вина, могут только мечтать о том, чтобы жить в Ками-Осаки. Именно здесь предпочитают жить люди, у которых уже есть всё. Богатые японские семьи, руководители корпораций, истеблишмент – замкнутая элита, токийская «тихая аристократия», которая не стремится к широкой известности, но имеет значительное влияние. В мире, где показушные и вульгарные богачи становятся всё сильнее, Ками-Осаки – одно из тех мест, где богатство не бросается в глаза. Оно бесшумно скользит в дорогих кожаных туфлях за чёрными металлическими воротами, высокими живыми изгородями и каменными стенами.

Здесь нет крупных торговых центров, а есть посольства, престижные школы и исторические усадьбы. Стоимость отдельно стоящих домов может превышать 2 миллиарда йен, а информация об аренде часто даже не публикуется в открытом доступе, а распространяется через частных агентов, работающих вне рынка.

Прогуливаясь по этим чрезвычайно тихим и незаметным улочкам, чувствуешь себя так, словно перенёсся в параллельную вселенную. Великолепные дома – настоящие особняки, а не заурядные японские «мэнсёны» (многоквартирные дома) – выстроились вдоль «золотого пути». За железными воротами с камерами видеонаблюдения вместо геральдических зверей – посыпанные гравием подъездные дорожки. Повсюду дорогие импортные автомобили. Один из них бесшумно скользит мимо меня по склону, заросшему сакурой. Вы не найдёте этот район на туристических картах. Именно поэтому «старые деньги» живут здесь.

Фотография к заголовку: Эбису Гарден Плейс к юго-западу от станции Эбису (© Pixta)