Уроки пожара Санрику 1961 года

Засуха и сильный ветер – рецепт катастрофы

Пожар Санрику вспыхнул 29 мая 1961 года. Согласно Архиву стихийных бедствий города Мияко, в тот период регион переживал сильнейшую засуху за последние 75 лет. Возникновение пожара также связывают с фёновым эффектом, при котором формируются горячие и сухие ветры. Иными словами, шесть десятилетий назад сложились условия, сходные с теми, что наблюдались во время крупных лесных пожаров в Южной Калифорнии в январе 2025 года и, в меньшем масштабе, в городе Офунато префектуры Иватэ в марте 2025 года. В Южной Калифорнии в прошлом году не наступил обычный осенний сезон дождей; более того, с апреля 2024 года там практически не было значительных осадков. Во многих районах Японии минувшая зима также стала самой сухой с начала ведения статистики в 1946 году.

В отчёте о майских пожарах 1961 года на побережье Санрику – тихоокеанском берегу префектур региона Тохоку, подготовленном Лесной лабораторией Министерства сельского хозяйства, говорится, что зона пониженного давления, сформировавшаяся после тайфуна Бетти, сопровождалась холодным фронтом, вызвавшим сухие ветры с порывами до 110 километров в час. В таких условиях пожары вспыхнули в 14 разных местах, охватив не только леса, но и поля, жилые дома и шахты. В результате погибли пять человек, 122 получили ранения, 587 зданий были полностью уничтожены. Общая площадь выгоревшей территории составила 260 квадратных километров – больше, чем 200 квадратных километров, уничтоженных недавними пожарами в Калифорнии.

В случае Санрику первые очаги возгорания возникли ещё до 29 мая; казалось, что их удалось потушить, однако сухие штормовые ветры вновь разожгли огонь. Из 11 пожаров, начавшихся 29 мая, пять были вызваны кострами, один – падением дерева на груду древесного угля, а причины остальных остались неизвестными, хотя в отчёте высказывается предположение, что некоторые могли быть вызваны непотушенными сигаретами. Полностью пожары удалось ликвидировать лишь 1 июня. Слабый дождь, прошедший в тот период, считается одним из факторов, способствовавших их затуханию.

Предостережение будущим поколениям

Сегодня в городе Мияко установлены два мемориала пожару Санрику: один – у дороги примерно в полукилометре от моря, в районе Сакияма, другой – на лесистом склоне холма более чем в трёх километрах вглубь суши, неподалёку от префектурной дороги №40. Каменные памятники были воздвигнуты местными жителями в 1981 году, к двадцатой годовщине пожара, как предупреждение будущим поколениям.

Мемориал пожару на склоне холма в Мияко, префектура Иватэ. (© Абэ Харуки)

Сильнее всего пострадала северная часть района Сакияма, который тогда входил в состав посёлка Таро и был включён в город Мияко в 2005 году. В то время местность была известна шахтой Таро – крупным рудником по добыче меди, сульфида железа и цинка. Шахтёрский посёлок насчитывал около 4000 жителей и имел магазины, кинотеатр, школу и врачебную клинику. Всё это было уничтожено огнём, и шахтёры всерьёз задумывались о закрытии рудника или уходе с работы. Тем не менее оператор возобновил добычу в декабре 1961 года, затратив по меркам того времени колоссальную сумму – свыше 1,1 миллиарда йен.

Фотография пожара Санрику из Архива стихийных бедствий города Мияко. (предоставлено муниципалитетом Мияко)

Пламя стремительно поднималось по сухим, лесистым склонам холмов. (предоставлено муниципалитетом Мияко)

Бежать, чтобы выжить

Маэкава Хисаси, которому сейчас 77 лет, вырос в районе Онацупэ уезда Таро, где сегодня установлен придорожный мемориал. Во время пожара Санрику ему было 13 лет. Утром, когда вспыхнул огонь, по дороге в школу он видел дым, поднимающийся с холмов, но не придал этому особого значения. Однако, вернувшись из школы, он нашёл записку от матери с просьбой не разжигать печь.

Лесной пожар стал виден ещё до наступления темноты. Маэкава и его семья начали запасаться водой из близлежащей реки, но огонь быстро приближался к Онацупэ, и единственным путём спасения оставалось побережье. Когда жители деревни двинулись к морю, ветер был настолько сильным, что на ногах устоять было невозможно. В какой-то момент пламя перекинулось на холм у самого берега, преграждая им путь. Хисаси вспоминает, что был парализован страхом и не мог дышать из-за пыли и дыма.

Поздно ночью ветер стих, и жители воспользовались этим, чтобы перейти в более безопасное место. Вернувшись на следующий день, Хисаси был потрясён: холмы оказались оголёнными, перед глазами были лишь белый пепел и обугленные деревья. На земле лежали сгоревшие тела кур, коров, коз, другого скота и их домашней собаки. Живой вернулась лишь семейная кошка – с обожжёнными ушами, примерно через месяц.

Маэкава Хисаси у придорожного мемориала пожара (© Абэ Харуки)

Маэкава и его семья по-прежнему используют местный ручей для стирки и других хозяйственных нужд, однако он отмечает, что в этом году уровень воды особенно низок. Он часто отправляется в близлежащий лес за дровами, по пути оценивая обстановку, и чувствует, что сейчас лес необычайно сухой. Он подчёркивает: «С открытым огнём нужно быть предельно осторожным. Ни в коем случае нельзя бросать окурки».

Зоны соприкосновения леса и города требуют иных стратегий

Южнее, в префектуре Иватэ, я иду по портовому району Рёри в Санрикутё города Офунато, где в марте 2025 года сгорели 26 домов. Выжженные жилища, склады, сведённые к одним стенам, и здания, оставшиеся лишь в виде стальных каркасов, свидетельствуют о силе пожара. Порой рядом с разрушенным домом стоит другой, почти не пострадавший, – неожиданное зрелище для тех, кто воспринимает лесные пожары как всепоглощающие.

Портовый район Рёри в Офунато после мартовского пожара (© Абэ Харуки)

От многих строений остались лишь металлические каркасы (© Абэ Харуки)

В западных странах в последние годы серьёзной проблемой стали так называемые пожары в зонах WUI – на границе дикой природы и застройки, где жилые дома соседствуют непосредственно с лесами. Всё громче звучат призывы к действиям, а январские пожары в Южной Калифорнии наглядно напомнили, насколько это срочно. Мне представляется, что пожар, опустошивший Офунато в марте, равно как и серия возгораний, уничтоживших около 900 гектаров в префектурах Окаяма и Эхимэ в том же месяце, следует рассматривать не как обычные лесные пожары, а как пожары в зонах WUI, и анализировать их именно в этом ключе для разработки мер профилактики. Пожар Санрику 1961 года, уничтоживший множество домов и предприятий, также, по моему убеждению, должен быть отнесён к этой категории.

Исследователь пожаров WUI Самуэль Манцелло, приглашённый профессор Университета Тохоку, говорит о необходимости чёткого различия между пожарами в дикой природе и событиями в зонах соприкосновения леса и города. Если первые обычно возникают в малонаселённых районах и уничтожают главным образом растительность, то вторые стирают с лица земли дома, автомобили и другие объекты в обжитых местах. Наличие разнообразных источников горючих материалов – включая бензин в транспортных средствах и различные бытовые или промышленные химикаты – делает традиционные методы тушения часто неэффективными. Манцелло является ключевой фигурой в инициативах Международной организации по стандартизации (ISO) по созданию универсального стандарта для пожаров WUI. Результаты работы его команды обобщены в отчёте ISO TR/24188 под названием «Крупные пожары на открытом воздухе и застроенная среда – глобальный обзор различных подходов к стандартизации». По словам Манцелло, Япония не готова к пожарам в зонах WUI.

В Японии январские пожары в Лос-Анджелесе зачастую освещались как бедствие, затронувшее далёкий, элитарный район, населённый голливудскими знаменитостями, почти без упоминания того, что аналогичные пожары на границе леса и застройки могут угрожать и самой Японии. Манцелло подчёркивает, что японскому обществу следует гораздо серьёзнее относиться к риску проникновения лесного пожара в населённые пункты. Его слова напомнили мне о понятии сатояма – природных лесных ландшафтах, сосуществующих с человеческими поселениями. И внезапно всё встало на свои места.

Две трети территории Японии покрыты лесами, и на протяжении веков люди здесь жили рядом с горами и лесами, извлекая пользу из даров природы. Классическая японская сказка, в которой старик идёт в лес за дровами, а его жена – к реке стирать бельё, наглядно выражает сущность пограничных зон между лесом и поселением, то есть тех самых интерфейсов «дикая природа – город».

Маэкава Хисаси с дровами, собранными в лесу (© Абэ Харуки)

Необходимость правил и стандартов

На сайте Лесного агентства Японии перечислены шесть правил предотвращения лесных пожаров:

• не разводить открытый огонь рядом с сухой растительностью и в других пожароопасных местах;
• костры и другие источники открытого пламени должны находиться под постоянным присмотром и полностью тушиться перед уходом;
• не разжигать огонь в ветреную или засушливую погоду;
• разводить огонь только после получения разрешения;
• курить лишь в специально отведённых местах, всегда тушить окурки и никогда их не бросать;
• не играть с огнём.

Правительство США, напротив, рекомендует конкретные меры с подробными примерами. Так, в брошюре, выпущенной в мае 2020 года Пожарной администрацией США и Федеральным агентством по управлению в чрезвычайных ситуациях (FEMA) под названием «Создание плана защиты благополучия сообщества», приводятся типичные причины возгораний в различных частях дома и предлагаются конкретные решения.

В разделе, посвящённом заборам, например, указывается, что по крайней мере 1,5 метра любого забора, примыкающего к дому, должны быть выполнены из огнестойкого материала, даже если остальная часть забора сделана из дерева или иного горючего материала. В разделе о навесах отмечается, что большие зазоры между навесами и зданием могут создавать воздушные потоки, раздувающие пламя, и потому должны быть герметизированы.

По мере усугубления глобального потепления учёные предупреждают, что пожаров в зонах соприкосновения леса и города будет становиться всё больше. Похоже, Японии настало время перенять более международный подход к проблеме лесных пожаров.

Фотография к заголовку: Придорожный мемориал пожара Санрику в Мияко, префектура Иватэ (© Абэ Харуки)