Необходимо чётко определить права детей законодательно

Дои Канаэ добивается пересмотра Закона о благополучии ребёнка. Её усилия начинают приносить плоды – министр здравоохранения, труда и благосостояния Японии Сиодзаки Ясухиса стал горячим сторонником развития системы семейного попечения. В конце марта на заседании Кабинета министров по инициативе министра Сиодзаки было решено частично пересмотреть Закон о благополучии ребёнка, и решение передали в парламент. В пересмотренном законе впервые такое внимание уделяется именно правам ребёнка, и ребёнок ясно определяется в качестве субъекта права. В законе также чётко указан принцип передачи ребёнка на семейное попечение усыновителям или временным родителям в случае, если биологические родители не имеют возможности воспитывать ребёнка. Передача ребёнка в детское воспитательное учреждение дозволяется только тогда, когда передача на семейное попечение оказывается неприемлемой, и даже в таких случаях в учреждениях должна поддерживаться «насколько возможно домашняя обстановка». Этот закон должен в корне изменить существующую в Японии систему общественного попечения, но как осуществить эти реформы, и как противостоять возможным попыткам выхолостить закон – это уже, по мнению Дои Канаэ, будут следующие проблемы, которые нужно будет решить.

Она говорит, что Япония, не признававшая ребёнка субъектом права и отставшая от мира на 30 лет, наконец-то встала на стартовую линию.

Дои Канаэ особенно настаивает на том, что дома для младенцев должны быть закрыты. «Уже само существование домов для младенцев во многих странах уже воспринимаются как атавизм и вызывает удивление во всём мире. Бизнес сильно сопротивляется, да и в обществе бытует ошибочное мнение, что дома для младенцев – благо. А поскольку дети сами за себя говорить не могут, ситуация не изменится до тех пор, пока кто-то не выскажет правильное мнение за них. Я бы хотела, чтобы помещения домов для младенцев и персонал выполняли действительно общественно необходимые функции – например, помощь в воспитании детей, поддержку временным родителям».

В японской внешней политике не хватает внимания к правам и свободам человека

В токийском офисе HRW постоянно работает 6 человек, а включая волонтёров и стажёров, всего 10 человек. Каждый из работников прикреплён к различным представительствам HRW, и Дои Канаэ говорит, что они чувствуют, как будто бы их начальство находится за границей.

Персонал офиса постоянно на связи с филиалами HRW в разных странах

Дои Канаэ как представитель токийского офиса HRW выполняет обязанности по «внешнему давлению». Она стимулирует японский МИД оказывать давление на те страны, где нарушаются права человека. Её деятельность в основном совпадает с принципами политики кабинета Абэ Синдзо, который стремится к внешней политике, ориентированной на систему ценностей, и к верховенству права, но, по её словам, её воззвания часто ни к чему не приводят, и пока что в японской внешней политике охрана прав и свобод человека занимает далеко не первое место, что вызывает у неё сожаление.

С другой же стороны, что касается перевеса доли детских домов в общественном попечении над детьми и других подобных проблем, то не приходится ожидать внешнего давления на Японию, «великую демократическую страну», а потому для решения этих проблем нет другого пути, кроме как изнутри влиять на общественное мнение и проводить реформы.

Изо всех сил, используя знания, информационный потенциал и всевозможные уловки, мы постараемся решить эту сложную проблему

Благодаря Великому восточно-японскому землетрясению увеличился поток пожертвований

Основная повседневная деятельность Дои Канаэ заключается в побуждении политиков и чиновников к действиям, влиянии на общественное мнение путём общения с масс-медиа, участия в симпозиумах, а также в сборе средств.

HRW не принимает пожертвования от государственных структур, а работает на средства, получаемые от частных лиц и фондов. Самым большим источником поступлений является проходящий раз в году благотворительный ужин, который рассчитан на состоятельных граждан. Дои Канаэ говорит, что когда она впервые увидела такой ужин в Нью-Йорке, её ошеломил размах торжества. Билеты стоили от 100 000 до 10 миллионов йен. Ей захотелось провести подобный роскошный ужин в Японии, где пока не укоренилась культура благотворительных пожертвований. Она начала с небольших мероприятий, и постепенно наращивала масштабы.

Благодаря Великому восточно-японскому землетрясению поток пожертвований увеличился, налоговая система была упорядочена, и общество уже стало благосклонно воспринимать благотворительность. Билеты на благотворительный ужин, проходящий в апреле этого года, были быстро распроданы.

«В Азии практически нет других стран, кроме Японии, где можно собрать фонды на борьбу за права человека. К примеру, в Китае служащие HRW не могут даже появиться на улице. Само собой, офиса у них нет, им приходится работать скрытно. В некоторых странах люди вынуждены действовать в атмосфере угроз. В Японии же, одной из немногих демократических стран в Азии, если призывать к соблюдению прав человека, то, может, и пропустят мимо ушей, но нападать, во всяком случае, не будут».

Дои Канаэ, подняв проблему детских домов, которую общество даже не осознаёт как таковую, ежедневно сталкивается с трудными вопросами, – это-то как раз и делает её работу более интересной.

«Как заставить правительство работать? Для борьбы у нас нет никакого оружия, кроме коммуникации. Мы исследуем и определяем действительное положение дел, и исходя из этого призываем к принятию политических мер. Мы встречаем сильное сопротивление, и очень непросто влиять на общественное мнение и изменять ситуацию. Однако сам процесс принуждения правительства к работе при помощи разностороннего применения знаний, уловок, информационного потенциала очень интересен, и это вызывает стремление работать ещё активнее».

Текст Итакуры Кимиэ, фотографии Отани Киёхидэ, редколлегия Nippon.com

(Статья на японском языке опубликована 25 апреля 2016 г.)