Чем руководствовался Китай, направив военный корабль к японским территориальным водам незадолго до решения суда о Южно-Китайском море?

Китайская тактика «международных проливов» расшатывает основы безопасности Японии.

Заявления Китая о проливе Токара решительно неприемлемы для Японии, однако действия правительства Японии в ответ на июньское вторжение в японские территориальные воды не стали сильным посланием, которое недвусмысленно отвергло бы эти китайские притязания.

Необходимо ясно, прямо и твёрдо заявить Китаю о том, что (1) пролив Токара не признаётся международным, (2) заявления Китая о праве транзитного прохода являются односторонним толкованием норм международного права и решительно не признаются, (3) в случае дальнейшего повторения такие утверждения будут восприниматься как вызов суверенитету и государственным интересам Японии, (4) впредь в случае аналогичных действий будут предприняты необходимые ответные меры, в особенности, в отношении прохода подводных лодок в подводном состоянии, который будет рассматриваться как подводное вторжение в территориальные воды, что позволит отдавать приказы о действиях по защите морских рубежей... и так далее.

Кроме того, у Японии имеются альтернативные варианты ответных действий, которые могут быть незамедлительно предприняты в отношении Китая в случае, если китайские корабли будут и далее вести себя таким же образом. Говоря конкретнее, такими шагами может стать заход кораблей Морских сил самообороны в прилежащую зону территориальных вод Китая, а также проход через территориальные воды Китая с использованием этих вод в качестве международных проливов. Это не просто ответ по принципу «поступаем точно так же», это ещё и акт утверждения собственных прав согласно Конвенции по морскому праву, закрепленных в качестве военно-морской деятельности за всеми государствами. Изложенные в международных законах права зачастую не получают широкого утверждения в качестве таковых, если ради них ничего не предпринимается. К слову сказать, право по-настоящему утверждается в качестве узаконенной международной нормы поведения только после того, как им начинают пользоваться на практике.

В Японии по-прежнему сохраняется сильное психологическое неприятие в отношении развёртывания Силами самообороны такого рода деятельности в мирное время. Но если мы провозглашаем себя стороной, следующей принципу главенства закона, для нас как для члена международного сообщества, как влиятельного участника формирования этого сообщества, должно быть естественным без колебаний делать то, что следует, когда возникает необходимость в упомянутых выше действиях.

Такого рода деятельность, будучи утверждением международного права, со всей очевидностью не является вооружённой провокацией. В случае же отказа от такой реакции, это будет раз за разом выглядеть молчаливым согласием с притязаниями Китая. Тактика «морских проливов и права транзитного прохода» расшатывает устои безопасности Японии, и хитрость Китая, нащупавшего эту болевую точку, не может не вызывать опасений.

Более того, занимаясь подготовкой этой статьи, я обратил внимание на то, что упомянутый выше пролив между островами Амамиосима и Йокоатэ, как и некоторые другие важные морские проливы, даже не имеют официальных названий. В таких обстоятельствах, предпринимая усилия по отстаиванию позиции Японии на международном уровне, трудно даже обозначить место, о котором идёт речь. Правительство ведёт работу с целью дать названия всем отдалённым безымянным островам во всей стране. То же самое необходимо проделать и для проливов.

Китайская стратегия выхода в Тихий океан и обязанность Японии контролировать гряду Нансэй

Высока вероятность того, что действия Китая в Восточно-Китайском море после решения международного арбитражного суда не просто призваны отвлечь интерес международного сообщества от проблем в Южно-Китайском море, но являют собой более жёсткую ситуацию. Для Китая гряда Нансэй, в том числе острова Сэнкаку, являются стратегически важной зоной, контроль над которой необходим с точки зрения стратегии обеспечения безопасности. Иначе говоря, эта гряда и омывающие её воды являются ключом к реализации Китаем стратегии A2/AD (anti-access and area denial, препятствование доступу и воспрещение свободного использования района), обладая важным значением как для выдвижения и возврата на базы своего флота и авиации, так и для препятствования проходу и развёртыванию американских войск. Но это территория и территориальные воды нашей страны. Контроль над ними является ответственностью Японии как независимого государства и вместе с тем имеет решающе важное значение для гибкого и стабильного функционирования японско-американского альянса, который служит краеугольным камнем стабильности Азиатско-Тихоокеанского региона.

С этой точки зрения заявления Китая о международных проливах должны быть решительно отвергнуты; более того, необходимо встретить Китай лицом к лицу, чтобы дать ответ на его ничем не оправданные с позиций международного права заявления и действия в Восточно-Китайском море. От правительства Японии требуется готовность к дальнейшим аналогичным событиям, а также к эскалации ситуации. В частности, необходимо повышать оборонительный потенциал и готовность Сил самообороны, а также предпринять срочные симметричные шаги по улучшению функционирования японско-американского оборонительного альянса.

Фотография к заголовку: Фрегат ВМФ КНР, однотипный с кораблём, совершившим проход через прилежащую зону японских территориальных вод у островов Сэнкаку (фотография с вебсайта Объединённого комитета начальников штабов министерства обороны Японии)