«Неудобная реальность» японских СМИ под контролем правительства Абэ

«Особые права», которые некоторым масс-медиа хотелось бы скрыть

Чем же объясняется столь безвольная позиция японских масс-медиа? Что касается телевизионного вещания, причина весьма проста. Она состоит в том, что телеканалы заискивают перед надзорным органом – Министерством по общенациональным делам, местной автономии и коммуникациям, а равно и перед обладающей влиянием на этот орган Либерально-демократической партией. У вещательной системы Японии имеется один коренной изъян. Законодательство, утвержденное в 1950 году, в то время, когда страна находилась под американской оккупацией, определяло, что надзор за деятельностью вещательных каналов осуществляет обособленный от правительства орган – так называемый «Комитет по надзору и контролю над радиоэфиром». Но немногим больше двух лет спустя премьер-министр Ёсида Сигэру упразднил этот комитет, и сфера вещания оказалась под прямым надзором правительства.

Главный долг журналистики состоит в присмотре за властью. Но вещательные каналы, напротив, сами являются объектом надзора со стороны правительства. Поскольку Либерально-демократическая партия практически монополизировала власть, сформировалась группа парламентариев, обладающих влиянием в сфере вещания и радиосвязи, и, хотя власть эта становится слабее, телеканалы не могут её игнорировать. К тому же, в контраст благоразумному порядку в США и странах Европы, где акции информационных масс-медиа не подлежат публичному обращению, акции ключевых служб вещания в Японии обращаются на фондовом рынке. Поэтому руководство этих СМИ не может само определять приоритеты журналистских задач из опасений возможного вмешательства правительства и связанного с ним падения котировок акций.

Кроме того, пять общенациональных газет страны и частные вещательные компании связаны перекрёстным владением акциями. В прошлом имели место случаи, когда журналисты-газетчики содействовали получению лицензий для локальных вещательных станций, входящих в бизнес-группу, апеллируя к правительству и ЛДП.

Более того, газетам удалось мобилизовать СМИ и побудить правительство Абэ и ЛДП сделать для газет исключение, когда принималось решение о повышении ставки налога на потребление, запланированное на апрель 2017 года. Получившие таким образом свой «кусок» и оказавшиеся в непосредственном «долгу» СМИ в принципе неспособны критиковать политическую власть.

Практика подготовки материалов, сформировавшаяся в результате длительного существования системы журналистских клубов, превратилась в «особую привилегию» традиционных СМИ, с которой им было бы трудно расстаться. Стремление поддерживать эту систему также можно считать одной из причин слабохарактерности масс-медиа перед лицом власти. Хотя Демократическая партия постаралась сделать пресс-конференции открытыми, открыть «журналистские клубы» ей не удалось. Впрочем, основной «нюанс» журналистских клубов заключается не в пресс-конференциях, а в практике «бесед» при выключенных микрофонах.

Именно такие «беседы» позволяют считывать политическую повестку дня, определять виновников текущих событий, а также видеть неприкрытые реакции политиков. Эта информация самым непосредственным образом влияет на тональность статей, а также политику сбора и подготовки материалов. Существует даже практика закрытых брифингов для членов журналистских клубов, проводимых заинтересованными правительственными ведомствами перед важными заседаниями в парламенте и другими мероприятиями. Выступить с критикой политической власти означает если не лишиться этой привилегии получать информацию в «узком кругу», то по крайней мере на время оказаться за его пределами.

Из-за всех этих обстоятельств японские СМИ оказываются неспособны дистанцироваться от политической власти. Более того, фактически сложилась ситуация, когда руководители ведущих масс-медиа ужинают с премьер-министром Абэ чаще, чем с кем-либо из прежних премьеров за всю историю.

Пятеро из уже упомянутых шести известных телеведущих, собравших пресс-конференцию, чтобы заявить свой протест, 24 марта провели ещё одну пресс-конференцию протеста, на этот раз в ассоциации спецкоров-иностранцев в Японии. Они оказались под градом непростых вопросов зарубежных журналистов о японских масс-медиа. Их интересовал ответ на вопрос: «Как можно демонстрировать такую слабость перед подобными заявлениями министра?» В итоге объяснения этой пятёрки так и не смогли удовлетворить их зарубежных коллег.

Из-за не афишируемых «особых прав», которыми пользуются японские СМИ, они оказываются неспособны занимать независимую позицию, а значит, и исполнять свою функцию беспристрастного надзора над властью.

Фотография к заголовку: Участники пресс-конференции протеста против заявления министра Такаити Санаэ о возможности прекращения трансляции поднимают транспарант «Мы в гневе!», 29 февраля 2016 г., Токио, столичный район Тиёда (фотография предоставлена Jiji Press)