Южнокорейские суды принимают одно за другим решения, содержащие распоряжения о выплате японскими предприятиями компенсаций по искам южнокорейских граждан, которые принуждались к труду во времена колониального правления Японии на Корейском полуострове. Об обстоятельствах вынесения этих судебных вердиктов рассуждает профессор Университета Цукуба Кокубун Норико.

Весомый вердикт по «прежней Мицубиси»

В последние годы одно за другим появляются сообщения о судебных постановлениях, вынесенных южнокорейскими судами по искам, связанным с колониальным правлением Японии на Корейском полуострове, которые в Японии встречают бурной критикой. К таким судебным постановлениям относится, к примеру, решение Верховного суда Южной Кореи, признавшего законными требования о выплате компенсаций по иску южнокорейских граждан, подвергшихся принудительной трудовой повинности и вынужденных работать на японских предприятиях во время колониального правления Японии, а также временное распоряжение Окружного суда Тэджона, запрещающего передачу прав собственности и смену владельца до выяснения обстоятельств попадания в Японию одной из двух статуй Будды (предположительно созданных на Корейском полуострове в VIII и XIV веках) по иску одного из буддийских храмов Южной Кореи, утверждающего, что он является бывшим владельцем статуи. Иск был подан после того, как эти две статуи, похищенные из буддийского храма в Японии, были обнаружены в Южной Корее. В данной статье мне хотелось бы порассуждать о юридических особенностях и обстоятельствах этих постановлений, уделив основное внимание вердикту Верховного суда от 24 мая 2012 года (*1) о принудительном труде в военные годы на бывших предприятиях «Мицубиси дзюкогё». Это постановление, по всей вероятности, окажет сильное влияние на все последующие судебные процессы такого рода.

Истцами по данному делу выступили корейцы, которые вернулись на родину сразу после того, как Япония потерпела поражение в войне. Они прибыли в Японию по Декрету о национальном трудовом призыве (принятом в 1939 году) на основании японского Закона о всеобщей национальной мобилизации, будучи направленны на заводы бывшей «Мицубиси дзюкогё» (далее в тексте «прежняя "Мицубиси"» в Хиросиме, где эти люди подверглись атомной бомбардировке. В прошлом истцы уже проиграли суд по иску, поданному в Японии к нынешней компании «Мицубиси дзюкогё» (которую сформировали три компании прежней «Мицубиси», возникшие после роспуска конгломератов-дзайбацу по окончании войны), после чего истцы вновь обратились в суд уже в Южной Корее, где, несмотря на то, что выступавший в роли апелляционной инстанции суд в Пусане отклонил требования истцов, согласившись с решением японского суда, Верховный суд принял противоположное решение. Что же касается самих дел о принудительном труде в военное время, то в них сложным образом переплетены проблема юрисдикции, проблема признания судебных постановлений, вынесенных в Японии, проблема интерпретации межгосударственного соглашения о праве предъявлять претензии, а также проблема срока давности. Исходя из того, что стороны по-разному трактуют каждую из них, характерно то, что южнокорейский Верховный суд пришёл к решению, исходя из незаконности колониального правления и ограничения ссылки на право давности. Ниже я по порядку опишу основные предметы спора.