Отречение «императора-символа нации» как свидетельство сильной воли: товарищ по учёбе делится воспоминаниями об императоре Акихито

Сделать сошествие с престола «рациональной системой, которая сохранится в будущем»

После этого император заговорил о сошествии с трона, – рассказал Акаси:

«Важным нюансом было то, что ему хотелось, чтобы я понял ход его мыслей. Как оказалось, он думал об отречении довольно долго; он рассказал мне: "Если обратиться к истории, то примеров смены императора через отречение имеется сколько угодно. Поэтому в том, что об этом и я сейчас заговорил, нет ничего удивительного"; "это не какое-нибудь разовое дело, которое касается только меня самого, и мне хочется, чтобы это стало рациональной системой, функционирующей неизменно и постоянно". При этом его величество негативно отозвался о регентстве при императорском престоле, приведя примером события при императоре Тайсё: "Было деление на тех, кто стремился защитить (императора) Тайсё и тех, кто поддерживал регента (императора Сёва)". Я не ручаюсь за дословность, но суть сказанного его величеством была именно такова. Разумеется, я воспринял его слова в том смысле, что его величество со всей очевидностью задумывал отречение на основании постоянно действующей системы, установленной посредством внесения поправок в Закон об императорском доме».

Впрочем, в действительности всё вышло немного иначе. Выслушав волю его величества, правительство сформировало совет экспертов и стало спешно решать вопрос юридической базы. Далее, восьмого декабря следующего, 2017 года на заседании кабинета министров было официально принято решение: «Отречение через особый законодательный акт, действие которого ограничится только данным случаем».

«Сам я из желания хотя бы отчасти отдать долг благодарности его величеству, помимо прочего, постарался довести мнение императора до сведения людей, имеющих отношение к правительству, однако, судя по всему, курс правительства был предопределён с самого начала. И я не знаю, что чувствовал в связи с этим его величество».

Его радует, когда всё «справедливо» и «по-честному»

Во время Русско-японской войны дед Акаси, Мотодзиро, активно занимался разведкой, а впоследствии он был армейским генералом и служил на посту генерал-губернатора Тайваня. Отец, барон Акаси Мотонага, был членом Палаты пэров в довоенном Парламенте Японии. Акаси стал одним из 20 сверстников из столь же высокородных семей, кого в апреле 1938 года, когда страна становилась на военные рельсы, выбрали в качестве товарищей для игр будущего императора, поступившего в детский сад при Гакусюин. В годы учёбы в полной средней школе они вместе занимались в школьной секции верховой езды, и разлучились только в студенчестве. Но приятельские отношения сохранились до сегодняшнего дня.

«В послевоенные годы, во время учёбы в неполной средней школе, мы обращались друг к другу по прозвищам. В то время у его высочества наследного принца (Акихито) было прозвище "Тябу". Оно произошло от коричневого глиняного приспособления, в каких жгли ароматические средства для отпугивания насекомых – тяирой бута, «коричневый поросёнок» (ёмкость в форме стилизованного поросёнка, в которой жгут благовоние-репеллент, – прим. перев.), потому что в то время от спорта и других занятий на воздухе его высочество был смуглым от загара. Для нас было очень важно то, что мы общаемся с его высочеством без чинов и обходимся без особой вежливой формы речи. Что же касается прозвища, то сам он, по-видимому, воспринимал его со смешанным чувством неудобства и удовольствия».

Цугуномия – будущий император (а ныне император в почётной отставке) Акихито (второй слева в дальнем ряду), во времена учёбы в полной средней школе Гакусюин, живший обычной жизнью вместе с простыми учащимися, обедает в столовой при общежитии. Декабрь 1949 г.

Неизменной чертой характера его величества с тех самых времён было и остаётся то, что он терпеть не мог фальши и заносчивости, и, напротив, очень радовался, когда всё было «справедливо» и «по-честному», продолжил рассказ Акаси:

«Поскольку сам он не любил, когда с ним обращаются каким-то особенным образом, его величество всегда стремился душой быть справедливым по отношению к каждому человеку. К примеру, во время учёбы на полном среднем отделении в школе Гакусюин его величество был капитаном в секции верховой езды. Техникой езды он владел, безусловно, прекрасно. Когда взрослые, беспокоясь, как бы он не упал, проследили, чтобы его величеству дали спокойного и покладистого коня, он сказал: "Раз я капитан, значит, мой долг в том, чтобы быть на главном коне, от которого будет зависеть победа или поражение". После чего выбрал коня с самым сильным норовом и привёл нас к убедительной победе».