Зарубежный пример: опыт Швеции

Прецедентом решения проблемы признания вины и компенсаций за принудительную стерилизацию служат действия Германии и Швеции. В Германии выплаты компенсаций пострадавшим в эпоху нацизма от операций евгенической стерилизации и плановой эвтаназии начались с 1980 года. Но поскольку данные действия являются частью уникального немецкого механизма послевоенных компенсаций за действия нацистов, для Японии более интересен опыт Швеции.

В Швеции ситуация с проблемой стерилизации сдвинулась с места после того, как в августе 1997 года влиятельная газета «Дагенс нюхетер» начала планомерную публикацию серии статей, раскрывающих данную тему. Правительство оперативно отреагировало на эти публикации, сразу же учредив комиссию по расследованию, которая подготовила предварительный доклад о результатах своей работы в январе 1999 года. В докладе не признавалось, что операции стерилизации, проводившиеся в 1937-1975 годах, выполнялись с полного согласия, в связи с чем предлагалось признать вину и выплатить компенсации из расчёта 175 тыс. крон (примерно 2 млн йен) на человека. В соответствии с докладом был принят соответствующий закон и ведётся выплата компенсаций за более чем 1600 случаев.

Демократия может совершать ошибки, но вместе с тем это система, которая способна исправлять допущенные ошибки. Поскольку критерии общественных ценностей постепенно изменяются, представляется вполне допустимым, что политический курс давностью в несколько десятилетий может быть признан ошибочным в свете стандартов нынешнего дня. В такой ситуации быстро провести расследование, выплатить компенсации и искренне покаяться значит поступить как зрелое передовое общество.

Японское бесчувствие к правам лиц с ограниченными возможностями здоровья

В сравнении со Швецией, Япония, которая до совсем недавнего времени демонстрировала пугающую толстокожесть в отношении основополагающего права людей с ограниченными возможностями здоровья создавать семью, не говоря уже о том, чтобы осознавать необходимость компенсировать лишение этого права, допущенное в прошлом, выглядит крайне бессердечной.

Замечания о том, что закон небезупречен как с точки зрения генетики, так и в отношении принудительного характера, то и дело высказывались и прежде, однако никакого воздействия это не возымело. Отметим при этом, что связанные с данной проблемой положения закона были незамедлительно ликвидированы, как только об отсталости Закона о евгенической защите заговорили на международных площадках – в 1994 году на Международной конференции по народонаселению и развитию ООН, а также в 1995 году на Всемирном конгрессе женщин. По сообщениям, в последнее время правительство и правящие партии взялись за подготовку специального законодательного акта для выплаты пособий, не дожидаясь итогов судебных разбирательств. Поскольку пострадавшие лица, о которых идёт речь, находятся в преклонном возрасте, а свидетельства и регистрационные данные имеются не вполне исчерпывающие, проблема, судя по всему, неизбежно потребует принять политическое решение высокого уровня, в связи с чем, вероятно, продумать и новую форму компенсаций.

Размышляя о том, что в прошлом проводился политический курс, ущемляющий основные человеческие права людей с заболеваниями психики и ограниченными возможностями здоровья, а пострадавших на протяжении длительного времени молча игнорировали, неминуемо приходишь к мысли о том, что в японском обществе имеется какой-то серьёзный изъян. Одна из причин состоит в том, что у политиков и государственных функционеров, а также у масс-медиа и ученых утрата воображения притупила чувство социальной справедливости. Автор ставит на этом точку лишь из стремления оставаться сдержанным.

Фотография к заголовку: группа адвокатов направляется в Окружной суд Саппоро, чтобы подать иск, связанный с принудительной стерилизацией, 28 июня 2018 г., город Саппоро, район Тюо (фото Jiji Press)