Мастер детектива на закате дней – к 110-летней годовщине со дня рождения Мацумото Сэйтё

Описать мотивы

Мацумото часто говорил: «Мне важно описать мотивы». Ему было интересно рассматривать ситуацию с разных точек зрения и придумывать разные виды мотивировок. Увязывать концы с концами в финале с помощью какого-нибудь трюка ему было неинтересно. Уделяя большое внимание мотивам, он вскрывал глубинную суть людских поступков – вероятно, именно это побуждало многих его читателей к сопереживанию.

На момент нашего сотрудничества Мацумото было уже за семьдесят, но произведения, которые он писал для нашего еженедельника, были неизменно актуальны и зачастую посвящены прямо-таки прорывным темам. Почивать на лаврах – это был не его стиль. Его двигали вперёд неисчерпаемый творческий задор и профессиональная гордость. В тот период, как мне кажется, он особенно интересовался политическим детективом.

Рукопись романа Мацумото «Точки и линии» из запасников JTB (© Jiji)

Первым произведением, над которым я с ним работал в качестве редактора, был роман «Расстановка священных коров» – политический детектив, действие которого разворачивается во время двусторонней встречи на высшем уровне между Японией и США. В сюжете, выполненном в лучших традициях шпионских романов, фигурируют секретные счета в швейцарском банке, американский президент и таинственная японка, проникающая в императорский зал для приёмов, чтобы встретиться с высоким гостем из США. Кстати, рассказывают, что описания приёмного зала из императорского дворца в Асакуса были выполнены Мацумото с такой потрясающей точностью, что высшие чины в Японском полицейском управлении были не на шутку взволнованы. Не каждый отважился бы на такое, но именно такая реалистичность и обеспечивала Мацумото признательность читателей.

На самом деле, на этом этапе он уже начал готовить свою следующую вещь о международной алмазной корпорации Де Бирс. Той самой корпорации, которая базировалась в ЮАР и, благодаря щедрой инвестиции со стороны британского банка Ротшильдов, сумела занять ведущую роль в алмазной индустрии: начиная с разведки залежей и добычи алмазов и заканчивая жестким контролем цен на алмазном рынке. Такое положение дел сохранялось до тех пор, пока во второй половине ХХ века не были обнаружены залежи алмазов в Австралии. Монополия Де Бирс оказалась под угрозой... Мацумото рассчитывал написать на этом материале шпионский роман об алмазной промышленности, еврейском капитале, интересах Японии и США.

Однако предварительный сбор материала затянулся, к тому же мэтр был не вполне доволен общей концепцией романа, поэтому он решил на время оставить Де Бирс и переключился на совершенно другую тему – приступил к написанию исторического детектива, действие которого происходит в эпоху Эдо (1603-1868).

Мы начали публиковать новый роман по частям, и после публикации первых глав, Мацумото был полон энтузиазма. «Это будет моим лучшим произведением!» – заявлял он, прекрасно отдавая себе отчёт, как непросто будет этого добиться. Он сам нередко вздыхал о том, что современным писателям не удаётся вдохнуть жизнь в повествование и пробудить читательский интерес, описывая быт и нравы давно миновавших эпох.

У меня нет времени

Все редакторы, которые успели поработать с Мацумото, говорили, что он всегда подаёт работу к самому последнему сроку. Но с этим романом дело обстояло иначе – как правило, предназначенный для публикации отрывок был готов уже за неделю до дедлайна. Страницы рукописи, написанные вечным пером, были испещрены исправлениями и пометками, на полях тут и там попадались развёрнутые комментарии.

Но даже на том этапе, когда Мацумото получал от нас гранки, он не переставал работать над текстом, изменяя его в тех местах, которые казались ему неубедительными. Он скрупулёзно проверял, перепроверял и переписывал текст, и бывало так, что неожиданно от него возвращалась корректура, вдоль и поперёк исписанная исправлениями.

«У меня нет времени» – в последние годы жизни это стало его любимой присказкой. Как-то, упомянув в разговоре одного из своих коллег, – писателя, в своё время выдвигавшегося на Нобелевскую премию, – Мацумото сказал: «Он совсем перестал писать. А я – пишу и буду писать и впредь». Так мне открылось, насколько велики его профессиональная гордость и писательское тщеславие. Ещё мне однажды довелось услышать, как он сказал, что «Море изобилия» Мисимы Юкио – провальное произведение. Это было сказано с таким убеждением, противостоять которому было невозможно. И в тот момент я не смог спросить, почему он так считает, о чем теперь, конечно, очень сожалею.

Мысль о том, сколько книг он ещё успеет написать, не давала ему покоя. Первая часть его исторического детектива была опубликована в сдвоенном предновогоднем выпуске, который вышел в последние дни 1991 года. Рукопись следующей части мы получили от Мацумото в самом начале 1992 года, третьего января.

В тот день он сам позвонил мне домой, и я поехал к нему. Прождав какое-то время в приёмной, я увидел его – он вошёл в комнату, сжимая рукопись в руке. Он начал беседу словами: «Новый год я встретил не у телевизора, а за письменным столом. Работал всю ночь». Чувствовалось, что в отведённое ему время он хочет успеть сделать как можно больше. Вкладывает в работу все свои силы. Уверен, он не отходил от письменного стола несколько дней подряд.

10 августа 1992 года, супруга и сын Мацумото Сэйтё на похоронах писателя. (© Jiji)