Причины возникновения ложных обвинений и проблема повторного рассмотрения уголовных дел

—— Что касается возникновения ложных обвинений в Японии, не кроются ли первопричины в самой уголовно-процессуальной системе?

Мураи: Практически нет адвокатов, чья специализация – уголовно-правовая защита. Я считаю, что в Японии существует проблема низкого удельного веса уголовно-правовых адвокатов. Уголовно-правовая защита не приносит гонораров. Мне самому доводилось вести уголовные дела по ложным обвинениям, но ими не прокормиться. Поэтому адвокатов, отдающих все силы делам по ложным обвинениям – считанные единицы. В отсутствие материальной основы молодые адвокаты при всём желании не могут себе позволить быть уголовно-правовыми адвокатами.

Мураока: В Японии имеется несколько различных причин вынесения ложных обвинений, но если говорить о четырёх случаях, когда людям удалось избежать эшафота, то все объединяет то, что причиной стали ложные признания. К тому же, в последнее время в делах, по которым было начато повторное рассмотрение, проблемой явились ошибки заключений экспертизы.

Сейчас в Японии при повторных рассмотрениях дел в качестве проблемы указывают на подход прокуратуры к опротестованию. Даже если и принимается решение о повторном рассмотрении дела, прокуратура может его опротестовать. Это называют немедленным протестом, и даже если по запросу о пересмотре дела принимается решение о начале процесса, из-за протеста прокурора время до окончательного принятия решения затягивается. Само по себе это уже является одним из изъянов. В некоторых случаях из-за протеста прокуратуры бывает даже, что аннулируется решение о пересмотре, который уже должен был начаться.

По моему мнению, если суд хоть единожды заявил, что «имеются подозрения» о ложных обвинениях, то уже один этот вывод можно считать основанием для повторного рассмотрения дела. Признать наличие оснований для повторного рассмотрения дела и для самого суда даже более непросто, чем писать вердикт о невиновности, поскольку это значит заявить о своём несогласии с собственным вердиктом о виновности. Такое решение достойно уважения.

Четыре знаменитых случая оправданий после смертных приговоров

Мэнда Сакаэ

В 1948 году в г. Хитоёси преф. Кумамото были убиты двое супругов, а их две дочери серьёзно ранены. Мэнда Сакаэ, которому на момент ареста было 23 года, подавал апелляции шесть раз, и в 1983 году был оправдан. Он провёл в тюрьме около 35 лет. Осудивший его суд поверил его ложному признанию и не принял во внимание доказательства алиби.

Дело Сайтагавы

Дело об убийстве одинокого мужчины в 1950 году в деревне Сайта преф. Кагава был убит мужчина, живший один. Танигути Сигэёси, которому на момент ареста было 23 года, просил о пересмотре дела и в 1984 году был оправдан. В тюрьме он провёл около 34 лет. Арестованный для расследования по более лёгкому обвинению, после долгого содержания под стражей он сделал «признание», но его содержание не соответствовало обстоятельствам преступления.

Дело Мацуямы

В 1955 году в пос. Мацуяма преф. Мияги была убита семья из четырёх человек и подожжён дом. Осуждённый Сайто Юкио, которому на момент ареста было 24 года, через 29 лет был оправдан. Был арестован по более лёгкому обвинению, под давлением написал «признание», к которому его подталкивал и сокамерник. При повторном рассмотрении всплыли факты сокрытия полицией доказательств.

Дело Симады

В 1954 году в г. Симада преф. Сидзуока шестилетняя девочка подверглась сексуальному насилию и была убита. Осуждённый Акахори Масао, которому на момент ареста было 25 лет, через 35 лет при повторном рассмотрении дела был оправдан. Медицинская экспертиза показала необоснованность приговора, и при повторном разбирательстве выявилась ложность «признания».

Составлено редколлегией Nippon.com

99.9% обвинительных приговоров как фон для минимального числа пересматриваемых дел

—— Казалось бы, исправлять допущенные в прошлом ошибки - совершенно естественно, но ситуация выглядит так, как будто суд слишком осторожно относится к решениям о повторном рассмотрении дел.

Мураи: К сожалению, такой взгляд практически не разделяет население. Если при повторном рассмотрении выносится вердикт о невиновности, создаётся впечатление, что многие граждане не понимают: «Зачем же ставить с ног на голову то, что единожды признано наличием вины?» Нечто подобное говорят даже те мои знакомые, которые изучали законы. Они не критикуют суд, который в прошлом допустил ошибку. Они совершенно не понимают смысла повторных судебных процессов.

Мураока: Мы уже говорили о том, что со стороны суда существует своего рода вера в собственную непогрешимость, дескать, мы не ошибаемся. И в отношении ясности вновь открывшихся свидетельств-оснований для начала повторного рассмотрения дела, суды в пятидесяти процентах случаев приходят к выводу об «отсутствии рациональных оснований», если только вновь окрывшиеся свидетельства не превосходят прежних доказательств самым решительным образом. Вот почему тропинка к повторному рассмотрению оказывается слишком узка. А фоном, сильно влияющим на ситуацию, служит убежденность в виновности человека со стороны системы, которая выносит 99.9% обвинительных приговоров.

Поразительно и то, что до сих пор нет ни единого прецедента, когда кто-либо из полицейских, прокуроров, судей, отвечавших за дела, по которым суд утвердил ложные обвинения, повинился бы за произошедшее. По всей видимости, отношение, подобное вере в собственную непогрешимость: «Сами мы не ошибаемся», не исчезает.