Действительно ли японские учебники истории столь патриотичны, как утверждают за рубежом? Судя по результатам проекта Стэнфордского университета «Раскол памяти и примирение», в ходе которого глубокому сравнительному анализу подверглись учебники истории Японии, Китая, Южной Кореи, Тайваня и США, эта общепринятая точка зрения не имеет под собой оснований.

Японские учебники истории и их подход к описанию войн на протяжении тридцати последних лет практически постоянно служат темой международной полемики. Критики японских учебников истории как в самой Японии, так и за её пределами, считают, что японским учебным пособиям недостаёт осознания военных преступлений, которые страна совершала в ходе борьбы с союзными державами, страданий, которые японские вооружённые силы принесли на оккупированные азиатские территории, а также ответственности Японии за развязывание войны на Тихом океане. В свою очередь, решения органов образования Японии, ответственных за проверку и утверждение использования учебников в школах страны, равно как и вносимые в учебники изменения формулировок рассматривают как свидетельство националистичных склонностей японцев. Но важнее всего при этом то, что японские учебники рассматривают как издания, не рассказывающие должным образом молодым поколениям о мрачных временах прошлого собственной страны.

Нельзя сказать, что такая точка зрения совершенно беспочвенна. Японские учебники истории не рассказывают во всех подробностях о том, что касается колониального правления Японии, в особенности на Корейском полуострове. Кроме того, в них проглядывает склонность избегать либо приуменьшать отдельные проблемы военных лет деликатного свойства, такие, как, например, тему так называемых «женщин для утешения военнослужащих», которых японские военные увозили против воли, чтобы привлекать к оказанию услуг сексуального характера. Более того, на фоне давления со стороны политических сил консервативно-ревизионистского толка, в Министерстве по делам просвещения, культуры, спорта, науки и техники склонны сглаживать описания японской агрессии при проверке содержания учебников.

Между тем, результаты исследовательского проекта Центра азиатско-тихоокеанских исследований Стэнфордского университета (APARC) «Расколотая память и примирение» опровергают сложившийся взгляд, согласно которому японские учебники истории являются наиболее вопиющим случаем. Основную работу в рамках этого проекта проделали профессор Ги Вук Син и автор этой статьи. На протяжении нескольких лет мы занимались этим исследованием, стремясь глубже понять, каким образом формируется память о событиях истории военных лет. Исследование началось в первую очередь с обследования учебников истории для полных средних школ, после чего мы изучили роль массовой культуры, в особенности кинофильмов, а также взглядов общественной элиты в формировании отношения к военному прошлому. Особенно важно в данном проекте то, что в своих исследованиях мы применили сравнительный подход, сопоставив Японию с другими основными участниками событий войны на Тихом океане – в первую очередь с Китаем, Южной Кореей и США, а также с другими странами.

Методологический подход проекта

При обследовании учебников истории мы стремились не попасть в ловушку концентрации внимания на вызывающих бурную полемику учебных пособиях, частота использования которых невелика. Основное внимание участников проекта было сфокусировано на трактовках событий 1931–1951 годов, то есть от начала японско-китайской войны и вплоть до послевоенного периода. Мы провели сравнительный анализ наиболее часто и широко используемых в процессе образования в полных средних школах учебников по обществознанию и истории своей страны, а также университетских учебных пособий (для того, чтобы особо рассмотреть механизм формирования взглядов общественных элит) в Китае, на Тайване, в Южной Корее и в Японии. Исследовательская группа перевела эти учебники, после чего выделила и сравнила освещение восьми наиболее серьёзных исторических проблем, таких как инцидент на мосту Марко Поло, атомные бомбардировки японских городов и т. п. Таким образом, исследование впервые даёт представителям академических и профессиональных кругов, а также масс-медиа возможность сравнить, как на самом деле формируется в процессе обучения историческая память. Кроме того, исследование выполнило задачу более широкого понимания роли, которую играют учебники в каждой из стран, не ограничиваясь учебниками истории, которые используются в Японии(*1).

Учебники были отобраны по двум критериям. Во-первых, мы постарались выбрать наиболее широко используемые в полных средних школах учебники по истории родной страны, а также мировой истории. В тех странах и территориях, где власти публикуют данные об использовании учебников (Япония, Южная Корея, Тайвань), мы руководствовались этими публикациями. Что касается Китая, до недавнего времени в этой стране выпускать учебники было уполномочено единственное издательство. В США, где отсутствуют данные государственных органов, руководствуясь рекомендациями Стэнфордской программы международного и кросс-культурного образования (SPICE), мы выбрали учебники на основе данных, предоставленных издательствами, а также данными об использовании учебников штата Калифорния. В Японии мы выбрали учебники издательства «Ямакава Сюппанся», процент использования которых в полных средних школах страны исключительно высок. Учебники Общества создания новых учебников истории, которые привлекают особое внимание за пределами страны, в самой Японии практически не получили распространения – их используют менее одного процента школ, поэтому они были сознательно выведены за рамки исследования.

Во-вторых, мы постарались, насколько это было в наших возможностях, добавить в круг предметов исследования учебные пособия, соответствующие углублённому уровню изучения в учебном процессе в США, а также учебники аналогичного уровня, используемые при подготовке к экзаменам в вузы. Причиной включения таких учебников в круг предметов анализа послужило то, что именно они с высокой вероятностью используются в процессе образования будущих общественных элит. В случае США мы выбрали два комплекта, состоящих из одного учебника национальной истории и одного учебника мировой истории каждый. Один комплект используется для обучения в обычных классах, ещё один – «Цивилизации мира: глобальный опыт» (World Civilizations: The Global Experience) и «На сцене Америка: история одной Республики» (The American Pageant: A history of the Republic) – часто используется в классах углублённого изучения предмета. В случае Японии мы сочли, что уровню программы углублённого изучения соответствуют учебники истории издательства «Токё Сёсэки» (Tokyo Shoseki Co., Ltd.), а в Южной Корее – учебники истории издательства «Кэмсун» (Keumsung Publishers).

В процессе реализации проекта исследователи обратили внимание на масштабные изменения, вносимые в содержание учебников в Китае и на Тайване. И там, и там учебники с обновлённым содержанием только начали поступать в школы, и ещё не охватывают всю аудиторию учащихся, однако нельзя не отметить, что и в Китае, и на Тайване в обновлённых версиях учебников масштабным корректировкам подверглось именно повествование о войне. Таким образом, в рамках проекта удалось получить ещё и весьма интересные сравнительные результаты по отдельной стране (и региону), сопоставив выдержки из переводов «старых» и «новых» учебников.