Новая жизнь японских слов

Помимо вышеупомянутых терминов, относящихся к различным аспектам повседневной жизни, в немецкий и другие европейские языки также проникла большая группа существительных, описывающих абстрактные понятия. Такие слова, как цунами, харакири, хикикомори (социальная самоизоляция) и кароси (смерть от переутомления на работе) имеют достаточно мрачные коннотации. Тем не менее, ими с радостью пользуются во многих контекстах. Берлинский бар «Кароси» может показаться исключительным феноменом, однако это не единственная компания, использующая данное слово. В том же городе мы находим и агентство коммуникаций с таким названием, предположительно имеющим иронический подтекст.

Несомненно, самым известным из вышеупомянутых понятий остается харакири – слово, имеющее долгую историю использования в немецком языке и вполне заслуживающее отдельной статьи. Немой кинофильм «Харакири», снятый в 1919 году немецким режиссером Фрицем Лангом по мотивам истории Мадам Баттерфляй, является лишь одним из этапов проникновения этого слова в историю Европы, начавшегося в XIX веке. Сегодня слово «харакири» используют представители всех поколений и в любом контексте, чтобы обозначить момент полностью осознаваемого саморазрушения. В средствах массовой информации или в повседневном общении темой для обсуждения может стать политическое, экономическое или социальное харакири. Даже школьники могут использовать этот термин в классе, говоря о спорте или других подобных вещах. Из-за постоянного использования в повседневной речи слово практически утратило свои первоначальные драматические коннотации, и сейчас журналисты вполне могут назвать харакири желание футбольной команды сконцентрироваться исключительно на Лиге Чемпионов.

Международная карьера слова «цунами» началась не так давно, а именно после ряда сообщений о природных катаклизмах, прокатившихся по планете с начала нового века. Как и харакири, это слово может быть легко приспособлено для описания ошеломляющих событий. Термин очень любят журналисты, которые пишут о «цунами радости», когда члены национальной футбольной команды с триумфом возвращаются в Германию после успеха за границей, или рассказывают о «цунами мнений» в Интернете.

Термин бонсай стал прозвищем главного героя в этой повести Кристины Нёстлингер о юношеском самопознании.

Одним из самых популярных немецких неологизмов остается слово «бонсай». Его используют для образного описания чего-то, что меньше по размерам, чем ожидается или считается целесообразным. Наряду с романом для юношества, вышедшем в Германии в 1997 году под названием «Бонсай», еще три произведения с таким же названием были в свою очередь переведены на немецкий язык с английского, датского и испанского языков. Феномен бонсай получил распространение и в сфере политики. Говорят о «бонсай-национализме», «бонсай-оппозиции», «бонсай-демонстрации» и даже о «бонсай-новостях», подразумевая при этом публикации в Twitter. Немецких военных высмеивают, называя «бонсай-армией», а дирижер оркестра Берлинской филармонии Саймон Рэттл описывал небольшие композиции, включенные в новогодний концерт оркестра в 2014 году, как «бонсай-шедевры». В 2006 году в дискуссии о сокращении срока обучения в средней школе («гимназии» по-немецки) со стандартных девяти лет до восьми президент Союза учителей Германии назвал предлагаемую новую систему «бонсай-гимназией». Милое уменьшительное «бонсай» также используется для описания «прозы», «романов», «слонов» и «магазинов».